Век-волкодав

А если бы вас убили?

Кавалерист-девица доброту и участие не оценила.

– Угу, заботливые, поняла. Чья это операция, Центральному Комитету виднее. Или вы карательные органы поверх власти партийной ставите? А если мешали вам эти Красноштановы, то могли бы сразу их взять, меня не дожидаясь.

– У тебя, Зотова, не спросили, – каркнул в ответ «меньшевик». – Видал, Сыроежкин, чего у вас Столице делается? Дочка Деникина русского языка не знает, всякие нахалки нас оперативной работе учат. Не хотел сюда приезжать, как чувствовал!

– Документы и билеты Красноштановым должен был доставить агент треста, – пояснил Сыроежкин.

 – Их человек, знакомый. А тут приходите вы.

– Точно, – сообразила девушка. – Они кого-то другого ждали. Но их предупредили, что может прийти агент ОГПУ, женщина.

«Меньшевик» с Сыроежкиным молча переглянулись. Владелец пенсне подошел ближе, сунул Ольге документ.

– Теперь поняла, Зотова, зачем тебя сюда прислали? Нет? Ты книжку про шпионов купи на Кузнецком и почитай.

Жаловаться твоему начальству мы, понятно, будем, но и тебе иногда думать полезно. Пошли отсюда, Сыроежкин, а то ругаться начну, а мне не хочется.

– Может, подвезем товарища? – предложил заместитель начальника оперотдела. – Она служебную машину отпустила, а трамваи сейчас почти не ходят.

Стекляшки блеснули:

– Иисусик нашелся! Этот твой товарищ нам всю операцию чуть не сорвала, еще расхлебывать придется… Ладно, подвезем. Тебе, Зотова куда надо? Сразу домой – или сперва к начальству, слезу, понимаешь, пустить?

2.

По небольшому четырехугольному экрану беззвучно плавали неровные пятна: серые, черные, белые. Словно тучи кружились, предвещая близкую грозу. Ни звука, ни шороха, но миг тишины недолог, вот-вот – и грянет.

– Нравиться? – негромко поинтересовался Ким Петрович.

Леонид быстро кивнул, потом, немного подумав, все же уточнил:

– Нет, товарищ Ким, не совсем так. Я ведь даже не знаю, для чего это все нужно.

Просто когда смотришь, чувство странное. Не из нашего мира вещь. Вроде и не опасная, а все же боязно.

Получилось не слишком складно, но начальник не возразил, товарищ же Москвин решил не уточнять, дабы лишнего сболтнуть. Солгал! Из каких миров это чудное устройство, пока неведомо, зато в его собственном мире…

… «Кирочная, дом восемь, товарищ Пантёлкин. Всех, кто в квартире. Повторяю – всех, это приказ.