Век-волкодав

Глаза же серые, будто шляпки от гвоздей. Не человек, а ходячая особая примета.

– Заходите, товарищи, заходите!..

Голос Льва Борисовича Каменева звучал устало, даже стекла очков потухли, перестав отражать неяркий зимний свет. Председатель Политбюро попытался привстать, встречая гостей, правда, без особого успеха. Приподнялся с немалым трудом, да и рухнул обратно на стул. Товарищ Москвин мысленно посочувствовал хозяину кабинета. Поди, намаялся за это время. Не каждый день Льву Льва хоронить приходится!.

.

Каменева Леонид не слишком опасался, но в кабинете хватало и прочих. Возле окна пристроился товарищ Сталин. С бывшим Генсеком товарищ Москвин дел еще не имел, но вот справа, рядом с пустующим креслом, стоял Ким Петрович собственной персоной с неизменной трубкой «bent» в руке. В довершение всего рядом с ним оседлал стул Николай Лунин, заместитель отсутствующего товарища Куйбышева.

Компания подобралась, что ни говори, странная. Если Лев Борисович по долгу службы старался ладить со всеми, то прочие определенно друг с другом в контрах.

Ходили упорные слухи, что именно оба Лунина, старший и младший, помогли уйти в отставку Генсеку, теперь же Николай Лунин на каждом шагу критиковал Кима Петровича, обвиняя того чуть ли не в узурпации власти.

Сегодня все они, собравшись вместе, зачем-то возжелали видеть скромного руководителя научно-технической группы. Едва ли такое к добру. И пистолет не помог бы – из этого кабинета не выпустят.

– Проходите ближе, к столу.

Это уже товарищ Ким – пустую трубку к губам подносит. И смотрит странно, будто бы намекает. На что? Никак покурить самое время?

Спорить гости не стали, вперед шагнули, к самому столу. Леонид слева, Особая Примета – справа.

Остановились.

Легкий стук – трубка товарища Кима легла на зеленое сукно. Лев Борисович наморщил лоб, полез в боковой карман френча, долго возился… Вторая трубка, хоть и совсем непохожая. Большая, вся в неяркой бронзею И снова стук – Сталин, неслышно шагнув к столу, положил рядом свою маленькую носогрейку.

Товарищ Москвин вновь еле сдержал улыбку. Вот на что намекал начальник!

«Bent apple» – «гнутое яблоко» сам скользнул в руку. Леонид аккуратно пристроил трубку рядом со всеми прочими. В тот же миг на зеленое сукно легла еще одна – Особая Примета тоже сообразил, что к чему.

Все? Нет, не все. Каменев блеснул стеклами очков, оглянулся удивленно.