Век-волкодав

– Товарищ Лунин?

Заместитель председатели ЦКК-РКИ поморщился, словно лимон сжевал, но спорить не стал – порылся в кармане, повертел трубку в пальцах, к столу шагнул. Трубка показалась Леониду знакомой. Именно такую – «Prince», поименованную честь Эдуарда, Принца Уэльского – он видел у товарища Куйбышева.

«Масоны какие-то», – рассудил бывший старший оперуполномоченный, но совсем не расстроился. Почему бы и нет? Масоны – ребята серьезные, под каждой кроватью, говорят, стрелковую ячейку отрыли.

– Вас пригласили, товарищи, для того, чтобы разъяснить один вопрос…

Товарищ Каменев договаривать не стал, в сторону покосился – прямиком на Лунина-младшего.

Тот, дернув плечом, поглядел на гостей без всякой симпатии.

– Разъяснять вопрос следует не здесь, а как минимум на пленуме Центрального Комитета, гласно. Но я подчиняюсь партийной дисциплине…

Товарищ Москвин успел заметить легкую усмешку, тенью промелькнувшую по лицу бывшего Генсека.

– …Итак, товарищи… Вам обоим приходилось иметь дело с… с личностью, именующей себя Агасфером.

Леонид не удержался – дрогнул, вновь почувствовав за спиной холод расстрельной стенки. «Моя партийная кличка – Агасфер, но сейчас меня чаще называют Ива?новым. Ударение на первом слоге, по-офицерски.»

Черная Тень…

– В свое время вам были даны разъяснения, но они не были исчерпывающими.

– Конспираторы хреновы, – буркнул в густые усы товарищ Сталин. – Не обижайтесь, товарищи, это не про вас, а про всех, здесь присутствующих. Заигрались в неаполитанскую каморру, панымаишь!.

.

Бывший старший уполномоченный невольно поглядел на того, кто стоял рядом. Значит, и к Особой Примете приходила Тень? Интересно, чего хотели от парня?

Глаза-гвоздики тускло блеснули:

– Лично мне было разъяснено, что Агасфер – коллективный псевдоним некоторых членов Политбюро. Его использовали из соображений секретности. Мне такая практика представляется странной и опасной. Об этом я уже писал в докладной в Центральный Комитет.

Голос у бритого оказался под стать облику – тусклым и невыразительным.

Товарищ Москвин прикинул, что такого он группу брать бы не стал – поостерегся. Ишь, докладные про Агасфера пишет, не боится! То ли очень смелый, то ли очень глупый…

– История, собственно, очень простая, – Ким Петрович шагнул вперед, пригладил шкиперскую бородку, – Агасфер – прозвище. Не партийный псевдоним, а именно прозвище, дружеская кличка. Так мы называли товарища Троцкого. Лев Давыдович не обижался, ему даже нравилось.