Коридорные дети

Никогда не забуду, как родители удивлялись таким запросам! И если с Булгаковым особых проблем не возникло, то Шарль Бодлер и Николай Гумилев нашлись только у каких-то интеллигентных знакомых. Помню, в тот год еще вышла «Черная метка» и в рекламном ролике к этому альбому Константин читал именно Гумилева. Стихотворение называлась «Волшебная скрипка».

Милый мальчик, ты так весел…

А сегодня, Мишаня, Кинчев читает со сцены молитвы. Я не хочу сказать, что это плохо, только для меня совершенно одинаково выглядят как воинствующие атеисты, так и воинствующие христиане.

А помнишь, как я концерт «Алисы» проспал? Переволновался, силы не рассчитал…

– Алло, Чалый? Что делаешь?

– Помидоры ем.

– А еще?

– Носки глажу!

– Бери водки и приходи к семи!

– И что у нас за мероприятие? Пьянка с гитарой или репетиция с водкой?

– Будем «Программу „А“» смотреть! Сегодня «Алиса» в прямом эфире!!!

«Программа „А“» была культовой программой девяностых. Друзья смотрели ее каждую субботу, записывали все происходящее на магнитофон.

Именно в «Программе „А“» можно было увидеть живые выступления наиболее значимых персонажей отечественного рок-н-ролла, в том числе и упомянутую «Алису». Потом, кстати, этот концерт был издан и стал известен под названием «На Шаболовке».

Чалый пришел, как условились, к семи. В одной руке он держал пакет с бутылками, в другой – магнитофон «Азамат».

– Мы вместе! – крикнул он с порога.

– Но не знаем, в каком, – отозвался Соловей. – Заходи уже.

Прошли на кухню, где все уже было приготовлено: квашеная капуста, гитара и вишневый компот.

– Только давай не сразу напьемся, а то до концерта еще далеко! – Соловей явно что-то предчувствовал.

– Давай напьемся постепенно, если получится. Но я не хочу, чтобы наше мероприятие проходило слишком сухо!

…Через час подошел Федор Иванович. В его пакете звенело еще сильнее, чем у Миши.

– Желаю, чтобы все! – произнес свой первый тост «профессиональный гитарист».

– Не возражаем!

И дальнейшая часть вечера для некоторых прошла не по-детски быстро.

Говорили о музыке, закусывали квашеной капустой – но почему-то у Соловья случился провал в памяти и до концерта «Алисы» он «не дожил». Как потом шутили друзья – «эстонский мангуст уснул в прыжке». «Прыгал» он, кажется, за закуской…

Утро, как всегда в таких случаях, наступило неожиданно. В дверь настойчиво позвонили. Так звонят милиционеры и коммунальные работники.

– Кто там? – спросил Соловей осипшим голосом.