Красная армия в Гражданской войне

Я позволил себе также сказать, что для конвоирования мироновцев мы должны выделить часть корпуса. Кроме того, необходимо принять на себя лошадей и обоз мироновского корпуса. Таким образом, нам придется превратить одну из своих бригад в команду конвоиров, коноводов и обозников. И это в то время, когда перед корпусом поставлена задача найти и разгромить Мамонтова!

– Знаю, – ответил Троцкий, – и эта задача с вас не снимается.

– Но могу ли я рассчитывать на успех, если одна из двух дивизий корпуса будет возиться с мироновцами?

– Мне все понятно, – остановил меня Троцкий.

 – И все-таки я полагаю, что вы, несмотря на определенные трудности, выполните приказание председателя Реввоенсовета республики.

Почувствовав, что доказывать Троцкому бесполезно, я сказал, что его приказание будет выполнено.

– Ну вот так-то лучше, – примирительно сказал Троцкий. – Приступайте, голубчик, к делу.

– О приказе, который вы сейчас отменили, – снова обратился я к Троцкому, – знает весь командный состав корпуса. Корпус построен, и я бы просил вас выступить и разъяснить ваше решение.

– Выступить можно, – ответил Троцкий. – Но то, что вы просите, это не тема для разговора. А вот, может быть, ваши бойцы нуждаются в разъяснении каких-либо политических вопросов? Как у вас поставлена в корпусе политическая работа?

– Политическая работа в корпусе ведется систематически, несмотря на то, что корпус за последнее время вел непрерывные бои, – ответил стоявший рядом со мной Кивгела. – Но дело в том, что к нам приходит много добровольцев, наслышавшихся разных белогвардейских басен о коммунии.

В связи с этим нередко у бойцов возникают дебаты: что такое Советская власть? Что такое коммунизм? Недавно, например, я слышал такой разговор: «То коммунисты! А мы не за коммунистов, а за большевиков».

Все засмеялись, и Кивгела закончил, обращаясь к Троцкому:

– Может быть, вы скажете бойцам несколько слов по этому вопросу.

– Хорошо, – сказал Троцкий, – я согласен выступить. Идемте.

* * *

Выйдя из помещения штаба, мы остановились против построенного корпуса.

Я подал команду «Смирно», рассчитывая, что Троцкий на этот раз поздоровается с бойцами и командирами. Но он или не знал этого порядка, или же не нашел нужным приветствовать бойцов.

– Пожалуйста, пожалуйста продолжайте свое дело, – кивнул мне Троцкий и, остановившись, стал осматривать выстроенный корпус.

Я подал команду «Вольно» и объявил, что будет говорить председатель Реввоенсовета республики Троцкий.