Крамола. Столпотворение

Обидно было, что тот и ответить толком не может.

– Умные люди говорят, хороших бар не бывает, – снова повторил Дося и выступил вперед своих. – Потому как есплутаторы трудового народа!

– А где ты видал в Свободном умных-то? – засмеялся конюх Ульян Трофимович. – По-моему, у вас дак одни полудурки! Уж не ты ли, Дося, умный то?

Дося, смутясь, оглянулся на своих и утер черную от загара лысину, кхекнул.

– Раз вам морды еще не порасквасили, оно, может, и правда, полудурки, – резонно заметил он. – Да вы моего постояльца видали?

– Мы бы и тебя не видали, – отмахнулся Ульян.

 – Было б на кого смотреть.

– А вы поглядите да послушайте!

– Эка невидаль! Тебя, что ли?

– Да постояльца моего, олухи! Небось сразу б своему барину шею согнули! Он человек расейский, ваших кровей, а эвон дошлый какой! Не вы, по-рабскому угнетенные…

И вдруг осекся на полуслове, втянул голову в плечи и быстренько нырнул в толпу. Говор и шум разом оборвались. Андрей глянул туда, куда смотрели все, и озноб свел кожу на темени…

Ленька-Ангел остановился между толпами, с блаженной улыбкой поглядел на одних, на других, воздел палец кверху и уже глаза закатил, словно петух, прежде чем кукарекнуть, но тут увидел впереди мальчика, который гонялся по стерне за бабочкой.

Ленька, высоко подпрыгивая и опахивая тулупом травы, вдруг устремился к нему, и мальчик опомниться не успел, как тот крепко схватил его за руку.

– Пошли со мной! – потянул в сторону. – Ой, что-то покажу! Анделы там.

Баба, что крестилась, закричала, запричитала, у свободненских возник переполох, а мальчик громко заплакал и пошел за Ангелом.

Кузнец Рыжов, страшный и решительный, вывернулся из толпы и побежал к Леньке:

– Куд-да?! Куда ты его, ирод?!

– Дак на небушко! – сказал Ленька. – Покажу да отпущу!

Рыжов вырвал у него ребенка и, гневно оглядываясь, ушел к своим. А Ленька подхватил полы тулупа и побежал вдоль «штанины» – только пятки засверкали.

А там, где он пропал из виду, вдруг показались два всадника.

Андрей узнал отца и Прошку. Сразу стало легче, и вмиг забылся неведомо откуда взявшийся Ленька-Ангел. Березинские, довольные, загудели; свободненские насторожились.

Отец спрыгнул с лошади, сорвал с головы картуз.

– Мужики! Добром разойдемся! Хватит с нас и одного оврага!

– Что случилось? – откликнулся Анисим Рыжов. – А то, что прозрели мы! Разули глаза, теперь не проведешь. Все луга к рукам прибрал!

– Побойтесь бога, мужики.