Иркутская сага. Воспоминания о прожитом. Том 3

Ты плакал от обжигающего холодом ветра, отмерзали пальцы, но ты маслал баллоны, перебортировал резину. Ты не бздел и не ждал техпомощь, когда она приедет к закоченелым пассажирам. В салоне автобуса были женщины и дети, ты был ответственным за себя и за них. А сейчас ты ведешь себя никак или как слабак. Все, мы с Леной уходим!»

Он лежал и молчал. Только с диким испугом смотрел на дочь Лену. Неужели это правда, неужели она уйдет? Я взял Лену за руку, и мы ушли. Конечно, мне было больно, я никогда не повышал голос на Георгия Семеновича и не грубил, он был мне бесконечно дорог.

Но ему нужна была встряска. Ему было невыносимо больно после операции, метастазы уже успели проникнуть в другие органы. Он не знал об онкологическом диагнозе. Врачи убеждали его, что все будет в порядке. Нам оставалось только ждать – начнет ли он сам бороться за свою жизнь.

Чудо произошло уже на следующий день. Лене позвонили из больницы и сказали, что Георгий Семенович начал кушать. Мы радовались, как дети.

Значит, наш деда Гоша еще будет жить и радовать нас и наш выводок своим присутствием, своим участием в нашей общей семейной жизни!

Так и случилось. Я отдал ему свой старый автомобиль. Гараж поставили во дворе на бульваре Гагарина у Наташи Сухаревской. Жизнь продолжалась, дед с удовольствием возился с этим конструктором на колесах, чудом советского автомобилестроения – «Москвичом-412». Для него это было важно. Ремонт и техобслуживание машины были хорошей отдушиной для профессионального шофера, он вышел на заслуженный отдых, пенсионером он был уже давно.

После тяжелой операции Георгий Семенович прожил еще около пяти лет. Умер он от сердечного приступа 11 апреля 2001 года. На похоронах было немного людей. Его друзья ветераны и коллеги по работе ушли в мир иной раньше. Но от автоколонны №1880 были представители, были также представители от ветеранов войны. После похорон мы приехали домой, дома спал маленький Сережа, правнук Георгия Семеновича, с которым он успел немного понянчиться.

Серега родился 31 марта 2000 года и прадеда Гошу помнит только по фотографиям. А вот Леша, рожденный 14 августа 1997 года, прадеда помнит хорошо. Они очень любили разговаривать по телефону, а нас веселили до слез их короткие диалоги. Леша научился сам набирать номер домашнего телефона прадеда, и когда на него нападала потребность общения с ним, он тут же ее реализовывал. Происходить это могло спонтанно.