Между мирами: Шестерни системы

И высунулся оттуда: – Как ты сам считаешь?

– Да головорезы какие-то.

– Потому что они думали справиться с одним Павлом. Я не сомневаюсь, что люди, – Подбельский принялся шарить рукой под столом, шумно царапая деревяшку, – которые ответственны за все это, не знали, кто будет охранять девушку. Тебя они точно не брали в расчет. Даже узнай они сразу, что ты нас укрыл – обычный местный парень, правда же?

– Так, и к чему вы клоните?

– А представь, что мы бы начали действовать по моей указке? У меня есть свой почерк, профессионализм, выработанный годами.

Его легко понять – понять, я подразумеваю, профессиональную работу. И соответственно на нее отреагировать. Тогда вам пришлось бы бороться не с бандой мелких криминариев, а с более организованным противником. Несладко пришлось бы всем. Черт, где же эта кнопка… – он снова скрылся под столом.

Я обдумал то, что сказал Подбельский. Звучало логично. Любое сопротивление может вызывать еще большую агрессию, а наши ресурсы на тот момент были крайне ограничены.

– Значит, вы и правда думаете, что в этом деле замешан брат императора?

– Подумай сам. Мотив есть?

– Возможно. Я не очень хорошо разбираюсь в желаниях членов семьи Алексея Николаевича, – мне надоело стоять столбом и я тоже принялся изучать стол. – Но судя по тому, что мне рассказывали, не так уж много там завидующих его положению. Ведь если вставать против своих, то ради власти? – я скорее спросил, чем произнес утвердительно.

– Самый вероятный мотив, – профессор снова выпрямился, – это жажда власти.

Посуди сам. Его брат молод. Амбициозен. Отказывается от услуг Третьего отделения и старательно тренирует своих собственных бойцов. Весьма неплохих, кстати.

– Гораздо лучше всякого отребья, которое посылали, чтобы прибить меня, – прокомментировал я и фыркнул вдогонку. – Хм, а как же быть с ситуацией, когда он спас нас с Аней в поместье?

– Я слышал, что человек, который на вас напал, до сих пор жив. Это тоже кое о чем говорит.

Ты не задумывался? Порой мне кажется, что я и сам не могу полностью представить себе ту паутину влияния, которую создал вокруг себя человек, которого мы ищем.

– И все равно вы считаете его виноватым! – воскликнул я. – Не может такого быть! Что хотите – не верю. Все равно не верю.

– Эх, молодежь, – вздохнул Подбельский и принялся перебирать предметы на столе и открывать ящики. – Помоги-ка мне: где-то в столе должен быть переключатель.