Между мирами: Шестерни системы

Я снял его и еще раз отмыл руки от дурно пахнущей сажи. Подгоревшая шерсть хорошо пахнуть никак не может. Потом вернулся к Подбельскому.

– Идемте, молодой человек, – сказал он, стоя уже в дверях императорского кабинета. – Понимаю, вопросов много, – он поправил очки и вежливо взглянул на меня.

Даже не вежливо. Скорее, виновато. Как будто весь этот бардак – по его недосмотру. Я вспомнил, что винил во всем руководство Третьего отделения и уже собрался высказать все, но Подбельский начал первым.

– Это все из-за меня, – проговорил профессор, как бы оправдываясь.

 – Я уже объяснил, почему не мог сказать вам раньше. К тому же, я не знал вас так хорошо, как сейчас. И не мог проанализировать поступки и действия, чтобы трезво оценить ваши возможности. Признаюсь, я был о вас худшего мнения. Но ваше упорство и…

– Григорий Авдеич, я не представляю вас шефом Третьего отделения. Вот хоть убейте – не представляю!

Подбельский шагал по коридору, иногда прислушивался, но не стучал ни в одну из дверей, не смотрел в замочные скважины и вообще поражал меня своим поведением.

Точно мы и не искали никого.

– Отчего же? – спросил он, когда мы подобрались ближе к кабинету самого Сергея Николаевича. – Разве что вот это, – Подбельский похлопал себя руками по выпирающему животу, – может портить картину, но ведь я и не работаю «в поле», как говорится. Я человек кабинетный. Но, как видите, могу иногда выбраться на свежий воздух. Как сейчас, когда я помог вам скрыться. Как в нашу первую встречу, когда я присматривал за Анной.

Я собирался сказать что-то другое, но фраза о принцессе заставила меня задуматься.

– Ведь если вы знали о том, что ей грозит опасность, то могли бы…

– Нет, Максим, в твоем мире я не мог бы сделать ровным счетом ничего. Разве что присматривать за ней двумя, – он коснулся дужки очков, – парами глаз. И не более.

– Так сказали бы Павлу, направляли бы его!

– Ты не понимаешь. Мы бы просчитались стратегически, – пояснил он и потянул на себя дверь. Та открылась, но мне помнилось, что брат императора лично запирал замок перед уходом.

– Как это? – спросил я, когда мы вошли.

В кабинете все еще попахивало спиртным и колбасой. Пустая бутылка стояла на полу, где ей и следовало быть. Тарелка из-под нарезки тоже оставалась на своем месте.

– Посуди сам. С кем вы столкнулись в твоем мире? С парой бандитов? – профессор обошел стол и, нагнувшись так, будто он как минимум делает гимнастику по утрам, заглянул под его крышку.