Венская прелюдия

– Поэтому Убри о его планах не имел ни малейшего представления… – констатировал Лобанов-Ростовский.

– Абсолютно верно, мой дорогой друг. У меня сложилось такое ощущение, что Павел Петрович полностью дистанцировался от этой темы. Не могу понять, почему. Может, уже устал безмерно… Какая-то тоска в его глазах мелькала, не находите? – Гирс устремил свой колкий взгляд поверх пенсне на собеседника.

Подобные вопросы от начальства князь предпочитал тактично игнорировать. Любой ответ был бы не в его пользу, потому Алексей Борисович, как опытный дипломат, ограничился лёгким кивком, означавшим скорее удивление, чем согласие.

– Так вот… Двадцать дней назад Либерт, как обычно не поставив посла в известность о своих планах, покинул здание посольства и до сих пор не вернулся. Теперь взгляните, князь, на это…

Гирс сосредоточился на содержимом коричневой папки, что лежала на углу его громадного стола по правую руку. По количеству листов, которые министр пролистал, Лобанов-Ростовский сделал вывод, что документов по этому делу действительно кот наплакал.

– Полюбуйтесь. Это письмо Либерт отправил с дипломатической почтой своей матери в Петербург. Представьте себе, сделал это он за день до той даты, которую я только что упомянул. Либерт писал ей регулярно. Один раз в месяц. По первым числам. А это письмо выбивается из ряда. Оно написано пятнадцатого.

Князь встал с кресла и взял бумагу для прочтения.

– Это копия, переписанная в «чёрном кабинете», так что не обращайте на почерк внимания. Это не рука Либерта. Хотя кому я это рассказываю… – Впервые за сегодняшний день сухощавое лицо Гирса тронула лёгкая улыбка.

Если бы не последняя фраза министра, князь, вполне возможно, и затаил бы обиду. Ему ли не знать, как устроена секретная часть министерства иностранных дел, которую по привычке называли «чёрный кабинет». Криптографы и перлюстраторы ежедневно обрабатывали горы корреспонденции.

Эти неприметные и серые клерки ежедневно расшифровывали дипломатические донесения, искусно вскрывали, а затем запечатывали любую корреспонденцию, превращали любую депешу из министерства в набор цифр, хранили тайны раскрытых кодов иностранных дипломатических миссий, имели в своих сейфах десятки копий печатей. «Чёрный кабинет» снабжал тайной информацией министра иностранных дел и лично государя.