Тени Сути. Альтернативный взгляд на жизнь и деятельность Исаака Ньютона

Ну, так вот стоим мы тогда в паре метров от того журавлиного гнезда и ожидаем этого…, ну, в общем ждём товарища из кустов. Он едва ли отошёл, и раздался крик! Ну, мы, конечно же, вмиг отреагировали и ринулись в заросли к нашему солдату. Первым влетел сержант, он и наставил оружие на ту голландскую засаду. Мы их мгновенно окружили и взяли на мушку, ну кроме одного нашего солдата. Он, перемежая внезапный страх с приступами смеха, наскоро стоял и заправлял штаны, напрочь забывший, зачем он собственно в кусты то и полез.

Назвать этих ребят разведкой или какой-то там спецгруппой, знаете, у меня язык не повернётся их так назвать, это были два молодых бойца, лежащих на земле под прицелами наших ружей. Точно таких же зелёные пацаны, как и мои, только эти в голландском обмундировании. Я сразу всё понял, едва ли заглянул в их большие испуганные глаза. Глупая смерть. Можно даже сказать, позорная. Погибнуть, не сражаясь, не на поле брани, как истинный солдат, а так, где-то в отхожих кустах – это не смерть бойца. Была бы таковой эта последняя точка ребят, если бы я не принял своего мужского решения. Поступили бы они также, окажись они в этой ситуации впереди нас – я не знаю, но я приказал своим ребятам опустить оружие. Брать и тащить их в плен, пытать, выпытывать у них какую-то там тактическую информацию, какие-то тайны было бессмысленно. Стоило лишь глянуть на них и всё становилось ясно и понятно, что это просто патрульные ребята, которые здесь, на войне пытаются жить, радоваться, надеяться, а быть может даже и любить. Да, наш полковник был весьма жёстким человеком, и он сразу бы приказал их расстрелять, даже глазом бы не моргнул. Мне этого не хотелось, – Кливз уже лоснился от гордости, смакуя каждую деталь, – и вот я скомандовал: всем разойтись по своим направлениям. Эти два щуплых солдатика настороженно приподнялись с земли, колени у одного заметно дрожали, а второй всё пристально смотрел мне в глаза, он не мог понять, никак не мог ощутить тот ожидаемый подвох. Они отступили от нас, шли спиной, натыкаясь на ветки и спотыкаясь о кочки, во взгляде того я отчётливо видел не то чтобы благодарность, нет, скорее уважение, настоящее, искреннее мужское уважение. Они вскоре растворились в зелени, а мы дружно оглядели друг друга, ещё раз посмеялись над любителем придорожных кустов и тоже направились в свою сторону. И да, напоследок, как бы это сказочно не выглядело, нам вслед, то ли с упрёком, а может и тоже с уважением курлыкнула та встревоженная журавлица.