Шашлык по-баграмски

Перед этим случилась стычка с дембелями алтайского края, которые надумали поучить уму-разуму сибирских лаптей. «Лапти» не согласились с такой категоричной постановкой вопроса и хорошо отволтузили местных, Артём поварёшку сломал об одного из них, в столовой свара началась.

В Новороссийске в День Победы, 9 Мая, приняли сибиряки присягу не где-нибудь, а в героическом месте – на Малой Земле, где русский солдат в Великую Отечественную в полной мере продемонстрировал силу своего духа. Новоиспечённым воинам это выпало сделать в Афгане, а пока для них начались тяжёлые армейские будни.

На танковом полигоне Раевский осваивали на ЗИЛ-131 и Урал-4320 искусство военного вождения. Два месяца гоняли их в хвост и гриву. Но это были цветочки, дальше пошли ягодки. В первых числах июля тридцать пять человек таких же армейских водил, включая Артёма, рано утром посадили в автобус и повезли на аэродром. Новороссийск проводил жарой, Ташкент встретил пеклом. Разместили в бараке. В рассчитанный на сто человек загнали сто тридцать посланцев разных учебок. В бараке духота, после ужина со страшной силой пить хочется, а в умывальнике вода хлорированная настолько, что в горло не лезет. Вместо воды предусмотрен чай в трёхвёдерной ёмкости, заваренный верблюжьей колючкой.

– Горб не отрастёт после верблюжатины? – предположил острослов.

– А на ногах копыта! – поддержал другой юморист.

Артём сделал пару глотков – горб не вырос, но и «верблюжатина» не пошла. Воды бы кружку-другую, чтоб зубы ломило. Жажда мучит, дышать нечем, за окном темень, а сна ни в одном глазу.

Кое-как часам к двум угомонились воины, засопели, захрапели, слюнки пустили. Но долго пребывать в объятиях сна не пришлось – началось шоу.

Молодые офицеры спецназа 15-й бригады ГРУ, сами недавно из десантных училищ, забияки и выдумщики, приехали из Афгана за пополнением и решили не по документам выбирать бойцов. Переоделись в солдатскую форму, проникли в барак и организовали коллективную драку, тестируя кандидатов – «годен – не годен». Впятером по-тихому внедрились в барак, и понеслась душа по кочкам.

Кровати двухъярусные, в темноте как пошли с двух концов барака стаскивать бойцов на пол. Те летят, спросонья в толк не возьмут: что происходит. Один на другого натыкается, один на другого грешит: вот кто меня с кровати сбросил. Заработали кулаки, зазвучали маты. Кто-то от жары с вечера на пол с матрасом перебрался, отведали в суматохи чужих пяток.

Артём тоже не понял: кто и зачем? Мирно спал, вдруг летит.