Иуды России

org/wiki/%D0%91%D0%BE%D1%8F%D1%80%D0%B8%D0%BD), первый Московский губернатор (https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%93%D1%80%D0%B0%D0%B4%D0%BE%D0%BD%D0%B0%D1%87%D0%B0%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D0%B8%D0%BA%D0%B8_%D0%9C%D0%BE%D1%81%D0%BA%D0%B2%D1%8B)? В качестве дядьки Петра он заведовал покупкой и починкой игрушек, заказывал одежду и распоряжался, в какие дни и что именно из одежды подавать в царские хоромы. Принимая живое участие в домашней жизни юного царя, в его ученье и забавах, он держался в стороне от политической деятельности.

В 1688 году пожалован в бояре.

Если верить свидетельству Б. И. Куракина, выбор Евдокии Лопухиной в жёны царя был сделан Натальей Кирилловной по совету Стрешнева, и царь будто бы впоследствии не мог ему этого простить. По крайней мере, известно, что именно Стрешнева царица Евдокия просила заступиться за неё после разрыва с мужем.

С 1689 года Стрешнев возглавил Разрядный приказ. 10 (20) марта 1697 года Пётр I, отправляясь в составе Великого посольства в заграничное путешествие, вверил ему, вместе с князем Ромодановским, управление страной.

В этом же году в ведение Т. Н. Стрешнева перешёл приказ Большого Дворца. Во время московского пожара 1698 года он был в числе тех, кто эвакуировал святыни из Успенского собора Кремля. В 1699 году активно участвовал в розыске и казнях взбунтовавшихся стрельцов.

Пётр часто называл Стрешнева «святым отцом». Собственноручно обрезая бороды боярам, царь пощадил Стрешнева за его «испытанную преданность». В 1718 году «святой отец» участвовал в суде над царевичем Алексеем и в числе других подписал ему смертный приговор.

В «Записках князя Петра Долгорукова», изданных на русском языке, говорится, что «Боярин Тихон Никитич Стрешнев был одним из любовников царицы Натальи Нарышкиной и отцом Петра I. Во время суда над стрельцами они, не стесняясь, говорили об этом и добавляли: «Посмотрите на детей царя Алексея от первого брака; все они золотушные, все покрыты прыщами, даже царевна Софья, самая здоровая из всех; тогда как оба дитяти царицы Нарышкиной, Пётр и Наталья, сильные, крепкие, пышут здоровьем» (Записки князя Петра Долгорукова.

Москва, издательство «Молодая гвардия», 1987).

Далее в «Записках…» приводился такой случай: «Однажды при дворе, после изрядно обильной трапезы, Пётр I, указав на графа Ивана Мусина-Пушкина, воскликнул: «Этот хоть знает, что он – сын моего отца, а я вот не знаю точно, чей я сын!». Встав из-за стола, царь направился к сидевшему там же Стрешневу.