Люди такие разные. Записки газетчика

Шесть часов, половина седьмого, семь… Наконец, дверь распахнулась, и с гитарой в руках на пороге появился тот, кого так долго ждали.

– Извините, ребята, – сказал он, словно знал всех минимум лет сто. – С поезда только. А он запоздал.

И неожиданно добавил, улыбаясь:

– Здравствуйте – всем!

В зале зашумели, засмеялись. Одна из студенток поднесла в это время Высоцкому граненый стакан водки и соленый огурец.

– Ну, уважили! – удивился бард, и, одним махом выпив полстакана, ударил по струнам.

Больше часа продолжался этот концерт. Он был сплошной импровизацией. Высоцкий пел, рассказывал о том, над чем работает, отвечал на вопросы. И никакой дистанции не чувствовалось между ним и нами.

Закончил он как-то на полуслове:

– Все! Устал. Пойду с вашего разрешения.

Все встали, долго аплодировали опальному барду.

Студпрофком (его как раз и возглавлял Слава) затянул Высоцкого в одну из пустых аудиторий. Здесь опять ему поднесли стопку.

На этот раз он выпил раздумчиво.

– А теперь – хулиганские!

И тут пошел репертуар, который сегодня бы назвали блатной лирикой. Исполнял Высоцкий и песни одесские, и про Ростов-«папу», и другие, которые уже выветрились из памяти.

А всё это втихомолку записывалось на магнитофон. И вполне вероятно, что те самые записи стали дополнительным компроматом для Владимира Семеновича.

«Спроси любого москвича»

В 1978 году я жил в Ставрополе, работал в книжном издательстве. И вдруг звонит мне по телефону мой приятель, фотокор «Ставропольской правды» Саша Волков:

– Бросай все дела, бери ноги в руки и дуй к нам в редакцию. Через полчаса придут Высоцкий и Всеволод Абдулов. Театр на Таганке на гастроли приехал.

Я сломя голову бросился в «Ставрополку». Успел как раз к приходу артистов. Абдулов был в строгом костюме и при галстуке, Высоцкий – в кожаном пиджаке и джинсах.

Пресс-конференция включала в себя рассказ о театре, его актерах и репертуаре. Она длилась недолго. Под конец Высоцкий исполнил несколько своих новых песен.

После этого Саша Волков и я вызвались проводить гостей, а заодно показать им город. Но от экскурсии они отказались, сославшись на усталость. Попросили только найти такси.