Поле Куликово

Содрогаются они и мзду по-своему времени этому воздают. Но это так, для сказа общего и знаний обогащения сказано или поведано люду настоящему киевскому.

Помогал Ольге Добрыня, да еще три гридня с ним. В ближайшем бою они и погибли от руки Добрыни самого. Одного под стрелу толкнул, другого под меч вражеский подставил, а третий полег под его рукою. Так княгиня повелела, сказав:

– Смотри, Добрыня. Тайну тебе одному доверяю. Никого не было подле меня одной. Сама всегда управлялась. Пусть, гридни те погибнут в бою каком, да смотри, свою голову не подставь.

Будешь ты теперь наставником молодого князя, которого сестра твоя Малуша на свет привела. За то воеводою тебя сделаю, чтоб ратью командовал, а не тобою. Святослав с тем согласен. Старый воевода уже негож к походам и делам таким. Так что, смотри, дело за тобою. Ну, а коли не сделаешь – то сам знаешь, чего ожидать от бога нашего Перуна можно.

Понял тогда Добрыня, что то за бог такой и, конечно, во всем подчинился.

Мог бы и отпустить тех троих, но боялся, что расскажут кому и весть быстро та к Ольге доберется.

К тому же знал, что за ним строго наблюдают другие, и если не он кого-то, то они его тотчас по приказу княгини под меч подтолкнут.

Потому, исполнил он ту волю и воротился в посад, где его весть иная ждала.

В воеводу его быстро произвели, да так и остался он им до конца дней своих. Вот и верь в то, что шуткой когда-то слыло.

Но все ж, пойдем далее и опишем все, как есть и было.

Владимиром княжича назвали. Так Ольга хотела и определили место ему свое среди посадского терема.

Место то, где мать его грудью кормила, называлось рабочим.

Оттого и пошло, что Владимир-робочич, вроде бы как сын от рабы той. Никто тогда даже и не заикался об этом. Знали, что у князя есть или появился сын.

– Так Перуну, богу угодно, – говорили сами люди, боясь хоть словом, мыслью провинить своего бога, а еще хуже княгиню либо самого князя.

Саму Малушу просто робой звали. В комнате своей робьей она жила и князя маленького кормила.

Новые люди посадские думали, что то кормилица и ничему не удивлялись. Так оно и было с родов княжеских. А что до матери княжича, то говорили так:

– Покойная жена мощью не взошла, а сыном обернулась.

To eсть, предыдущая жена Святослава оставила ему сына, а сама померла от болезни той. Еще говорили, что в огне родила она сына того, уже на плоту будучи, и придумали, что князь Святослав спасал его из того огня.

Так вот и сокрылась правда в то время.