Поле Куликово

Поле Куликово

Сергей Викторович Пилипенко

Книга об истории русского развития, традициях, вере. Она дает ответы на вопросы читателей: было ли монголо-татарское иго, кто правил в смутные времена и многое-многое другое. Это и есть сама история от момента расселения славянского племени до настоящего времени с той лишь разницей, что из нее исключены давно известные факты, которые не требуют дополнительного осмысления, а остаются такими, как есть. Мы всегда жили плохо, и вопросы веры приживались с трудом.

Значит, есть в нашем русском характере что-то такое, что мешает понять самих себя и заставить изменить облик до настоящего. Болью проносятся некоторые строки в веках и даже в настоящих телах. Это отображение истории на нас самих. И если она лжива, и до сей поры не выяснена, то боль и дальше будет поражать наши сердца, создавая на лицах упрямое выражение прошлого. В общем, это книга познаний, читается легко и непринужденно, с интересом раскрывая события прошлых лет, при этом оставляя читателю право на свой собственный взгляд.

От автора

Знаем ли мы по-настоящему нашу историю? С одной стороны – многое известно, с другой – есть какие-то белые пятна, по которым по день настоящий идут споры.

Можно ли довольствоваться только этим и, как говорят, на том поставить крест или все же лучше попытаться узнать больше, дабы пролить на свет нашу настоящую русскую натуру, с коей мы живем и прощаемся, в век уходя?

Вопрос этот затрагивает, в первую очередь, мир души человека, ибо это как раз то, что к нему относится.

Настоящие реалии жизни мало к тому располагают, ибо, по большей части, нам все равно, кто мы есть, лишь бы жилось хорошо.

Естественно, душа относится к менее реально выраженному и по большинству имеет степень сближения с более духовным и стоящим по разуму выше.

Таким образом, сами знания как бы относятся к миру духовному, коим в целом заведует Бог, а значит, и просвещать нас проще ему самому.

В стиле написания данной книги так и происходит, ибо, откуда знать самому автору о множествах событий, произошедших когда-то давно, да еще и с другими людьми.

Тут уже и собственной абструктурной памятью не поможешь.

Но в целом, ведь сам материал откуда-то берется, мысль возлагается на бумагу, пробиваясь к сознанию каждого, кто ее пытается понять.

Вопросы веры я не затрагиваю, хотя они, несомненно, присутствуют, и как бы негласно сами за себя заявляют.