Луганский разлом

Но для этого, как он утверждал, ему нужно было дополнительно потренироваться ещё с полгода, для чего он даже завёл блог на одном из местных порталов, окончательно и бесповоротно встав на путь Винни-Пуха.

Правда, всем этим он занимался походя, не нагружаясь особо, потому что работа, ремонт и коньяк оставляли для его графоманских потуг совсем немного времени. На мои предложения сходить куда-нибудь и сделать репортаж он почти всегда отвечал одинаково:

– Это ж вы, тунеядцы и бездельники, ходите куда вам вздумается, а я не могу, я могу только в выходные.

Впрочем, в выходные он тоже мог не всегда, поскольку время от времени ходил куда-то играть в шахматы. Поэтому в те достопамятные дни, когда местные оппозиционеры готовились праздновать годовщину оранжевой революции, он тоже оказался занят.

– Та не, в это воскресенье я не могу, – ответил он на моё предложение. – Тем более, что там будет? Опять эти постные рожи вылезут на сцену, споют «Ще не вмерла», помашут флагами и по домам.

Ничего нового.

Об этом мы говорили в начале недели. И тогда ещё не было никаких оснований предполагать, что воскресная оппозиционная тусовка сможет перерасти в нечто большее, чем обычный унылый парад говорящих голов.

Накануне Майдана

2013 год был знаковым в том плане, что Украина в очередной раз пыталась определиться с выбором внешнеполитического курса. Разумеется, этот вопрос поднимался и раньше, но вот с каждым годом уходить от прямого ответа становилось всё сложнее.

Леонид Данилович Кучма, автор тезиса «Украина – не Россия», мог позволить себе проводить политику по принципу «и вашим, и нашим», потому что никому из заграничных партнёров, по большому счёту, ничем обязан не был. Чего не скажешь о последующих двух президентах, заигрывавших и с Западом, и с Россией и в итоге погрязших в долгах, как финансовых, так и политических. А долги, как известно, рано или поздно надо отдавать. Тем более, что кредиторы становились всё настойчивей.

Очередное обострение началось, как обычно у психов бывает, по весне и уверенно прогрессировало. И, пока на авансцене кривлялись политические клоуны разных цветов и оттенков, за их спинами уже поднималась волна, которая должна была смести к чёртовой матери весь этот фальшивый бомонд. Бомонд этой угрозы пока что не замечал и в очередной раз развлекался игрой в перетягивание каната.