Дальше фронта…

В воздухе именно что запахло порохом, что вызывало у офицеров разных поколений весьма противоречивые чувства: у молодых неуместный щенячий восторг, а у обстрелянных и опытных злую досаду. Кому, прах его побери, придется по нраву быть разорванным в клочки шальным снарядом во время, скажем, редкого обеда в приличном ресторане?

Несмотря на изменение боевой обстановки, особых подвижек в состоянии поручика Разумовского не случилось, только разъезды в качестве именитого почтальона прекратились ввиду осадного положения.

И, что показалось совершенно неважным, с пару недель тому назад его перевели по штату из продуктового отдела в отдел боепитания. Как будто принимать заявки на патроны вместо сухарей более привлекательно тому, кто всей душою стремится занять место в боевом строю!

В скобках заметим, что такового перемещения никак не произошло бы без того, что господину корпусному интенданту оказалось отчаянно необходимо освободить место для человека… более способного к гибкому обращению с правилами математики, скажем так.

Совершенно невозможно вести серьезные дела, когда отчетность вдруг стала содержаться в совершеннейшем порядке, а ответственное лицо легоньких намеков по молодости лет никак не понимает, а впрямую не подступится, дураков нет-с…

Однако же дело, по которому господин поручик явился к подполковнику Достовалову – ну и фамилия, бог шельму метит! – было неотложным и сугубо важным, хоть «через голову» прямого начальника. Явился? Вот теперь стой и слушай позорнейшею чушь.

– Еще раз повторяю, господин поручик, что доставить патроны на «Высокую» днем возможности никакой нет. Дорога под обстрелом, и рисковать потерей боевых припасов мы не имеем права… – о возможных потерях в личном составе за десять минут разговора, сворачивающего уже на четвертый круг, не было и слова…

– Ваше превосходительство, я вынужден снова повторить, что начальник боевого участка выходил на связь по телефонному проводу уже пять раз.

Напрямую с вами коммутатор отчего-то не соединяет… Капитан Головань утверждает, что патроны вышли практически все, и уверенности в том, что с остатком они смогут отразить очередную атаку, нет никакой…

– Капитан… Фигура, да-с… Не волнуйтесь, поручик. Кому как не вам должно быть известно, что на «Высокую» мы отправляем против норм едва на вдвое. Господа офицеры на укреплениях, вы уж простите, живут в норах как хомяки, и ведут себя ровно так же.