Дороги судеб

Огромных размеров туча закрыла синеву неба и поглотила солнце, над нами раздавался мрачный мерный рокот, и мне эти звуки напоминали дальнюю канонаду. «Волчата», те, которые были отправлены в головной дозор и пришли в лес раньше нас, чуть ли не с открытыми ртами смотрели на эту природную вакханалию. Оно и понятно – они не выступали участниками картины «Дети, бегущие от грозы», чего не посмотреть?

– Можете поднять меня на смех, можете говорить что угодно, но нам надо срочно искать убежище, – прокричал Герман, пытаясь заглушить скрип качающихся деревьев.

 – Я не знаю почему, но оставаться просто под открытым небом не стоит. Интуиция, понимаете?

– Да это все понимают, – ответил ему Наемник. – Сват, где бункер?

Чего спрашивать? Я и так вертел головой, пытаясь вспомнить, в какой он стороне. Понятное дело, что мы вошли в лес не там, где когда-то из него выходили, а ориентиров особых тут не было. Деревья да кусты… Кусты. Точно-точно.

– Насть! – окликнул я. – Это не тут мы ягоды собирали?

– Здесь, – подтвердила Настена, которая с непривычным для нее испугом смотрела на мрачную картину грядущего ненастья.

 – Сват, там лицо.

И она вытянула руку вперед, показывая на равнину, откуда мы только что пришли.

– Какое лицо? – не понял я и глянул в том направлении, куда она указывала.

Забавно. Тучи, наслаиваясь друг на друга, и впрямь сформировали нечто, похожее на гигантских размеров недовольное человеческое лицо.

– Девочка моя, тучи еще и не такое могут сделать. – Я потрепал Настю по плечу, отметив, что она дрожит, должно быть от холода.

 – Атмосферное явление, смешение фронтов.

– Хорошо, коли так, – негромко сказал Герман, очень пристально рассматривающий «атмосферное явление». Он это сказал негромко, даже тихо, но я его услышал.

– Бегом, бегом!

Только мистики мне и не хватало. Этой дряни только дай появиться – она как ржавчина всю группу разъест, потом мутирует в страшную байку и начнет по крепости ползать. Тучи это. Тучи. И все.

Ветер гнул деревья с такой мощью, что иногда я боялся, как бы они не сломались и не завалились на нас.

И потому, когда наконец появился приметный холм, в котором был бункер, у меня возникло ощущение, что я попал домой.

– Вот он, – толкнул я в плечо Наемника, кричать уже почти не имело смысла – треск, свист и постоянные раскаты грома оглушали нас.

Тот понятливо кивнул раз, а потом еще раз, когда я жестом показал ему, что надо огибать холм и вход с той стороны, а времени у нас совсем не осталось.