Дороги судеб

Его выслеживали и убивали раз за разом, освобождая тех, кого он успевал найти, и отрабатывая на нем полученные умения, увы, пока очень немногочисленные. Оно и понятно – много ли вколотишь в голову за полмесяца пусть даже и очень усердным ученикам? Нас не по году учили, и то…

– Жизнь всему научит, – успокаивал меня Наемник в тот день, когда мы провожали третий караван. Сам он с конвоем не пошел, у него были иные задачи на ближайшее время. – Опять же, практика нужна, она полезней любых тренингов.

– Будет им практика, – заверил его я.

 – Куда ж без нее…

У меня была мыслишка отправить «волчат» под присмотром Азиза и Наемника в лесок, где, наверное, до сих пор бродят гаврики, которые тогда пытались прибить нашего зимбабвийца, а еще лучше – к болоту, где водятся древообразные страхолюды. Но на учебные рейды требовалось время, а его-то как раз и не было. Большинство «волчат» мне будут нужны уже очень скоро, не говоря об Азизе, а подобная вылазка может затянуться на неделю-другую.

Хотя к страхолюдам все равно сходить надо – там столько опыта отсыпают в обе руки, что глупо подобным не воспользоваться.

Может, когда вернемся из намеченного рейда, прогуляемся. Заодно и склад еще раз навестим, вдруг чего забрать из остатков надо будет. Понятное дело, что к тому времени туда еще один конвой уже сходит, но непременно что-то да останется.

Но не стоит планировать такие вещи заранее, кто знает, что в грядущем рейде случится. «Загад не бывает богат», – так моя бабушка говорила и, похоже, права была.

Это тебе не по безопасной реке плавать, а по незнакомому лесу идти.

Да и безопасность реки теперь являлась понятием весьма условным. Мы уже видели несколько пустых плотов, которые проплыли вниз по течению, и это означало вот что. Во-первых, на тех плотах явно кто-то куда-то в свое время плыл, это очевидно. Во-вторых, людям не повезло, они попались кому-то в руки, и, надо полагать, с концами, если никого на плотах не видать. Стало быть, есть в верховьях реки некто, кто людей не жалует. Причем этот некто еще и зажиточен настолько, что даже плавсредства себе не оставляет.

Один из плотов, кстати, был чудо как хорош: большой, устойчивый, с рулевым веслом. Прямо душа у всех болела, когда он из виду скрылся. И ведь не выловишь его никак, больно далеко от берега плыл. Нет, безбашенный Крепыш было собрался в реку сигануть, но его остановили – не доплыть до плота было вот так, запросто. На лодке можно было бы попробовать, но все наши лодки курсируют с конвоем.