Империя включает форсаж. Книга 6

Ему в напарники дают пожилого полицейского, афроамериканца, ну и понеслось – убийства, самоубийства, наркодилеры, мафия, работа под прикрытием и всё такое. Шикарный фильм на выходе будет, отвечаю.

– А как у вас вообще эти съёмки происходят?

– Да ничего интересного в этом нет, сплошная тягомотина. Бывает, что и по 6-7 дублей одного и того же снимаем, то режиссёру не нравится, то погода не та, то реквизит не подвезли, то у героев грим поплыл. Попробуй-ка сам продать одному и тому же покупателю Тойоту-Камри семь раз подряд…

– Это будет сложновато, – согласился Ник.

 – А Барбару Стрейзанд ты видел? А Пола Ньюмана?

– Не только видел, но и разговаривал не один раз, – гордо отвечал я, – Ньюман прикольный чувак, всё время шутит, простой-простой, как сибирский валенок. А вот Стрейзанд зазвездилась, на кривой кобыле не подъедешь, чуть что, так орать начинает.

– Ну ладно, что-то мы заболтались – как насчёт матча-реванша в картишки? – предложил Ник, поглядев на часы.

– Я за, а ты как, дорогая? – спросил я у Инны.

Дорогая тоже была не против, и мы переместились к ближайшему карточному столу, на этот раз, в виде разнообразия, выбрали блэк-джек. Я на ходу пояснил правила для Инны.

– Это просто «Очко», играла наверно в такую игру на Автозаводе? Значит в курсе почти всех правил… есть маленькие отличия – здесь надо обыгрывать не соседей, а дилера, это раз. Если у тебя и у дилера по 21, то объявляется ничья, а не как у нас там. Сразу сдаются по 2 карты, потом можно добирать, но у дилера открытая карта только одна, вторая перевернутая, это для поддержания интриги.

Если тебе нужна ещё одна карта, говоришь hit me, если не нужна, то enough. Если у тебя получилось больше 21, все деньги загребает дилер, если меньше, сравнивает со своими. Всё вроде бы в общих чертах – вперёд и с песней, – скомандовал я Инне, и она смело уселась за карточный стол, а мы с Ником рядом.

Опять сработало правило новичка – и я, и Инна сразу же три раза кряду обыграли дилера, карта шла изумительная. А вот Нику не повезло все эти три раза.

Он пропустил пару кругов, а потом как-то на глазах помрачнел и сказал, что выйдет покурить. Пока ещё борьба с курением не набрала своих оборотов, но в зале это дело было уже запрещено.

Инна между тем раскраснелась и повеселела, возле неё уже лежали фишки на добрых пять тысяч баксов, а карта ей всё шла и шла. Я же спустил всё, что выиграл, оставшись при своих.

– Я тоже пойду выйду, – сказал я Инне, – что-то жарковато тут становится.