Файролл. Право выбора

 – Ты же знаешь, она на языке родных осин… Или чего у них там? Болот? Ну, неважно. Если она на польский перешла, это значит дошла до края.

– Уведи ее отсюда, – Зимин был крайне серьезен. – Быстро, быстро, пока она тут дел не наворотила и лишнего не наговорила. Потом выясним, что к чему.

– Нашел, кому это поручить, – фыркнул Валяев, но сорвался с места и подбежал к пьяно раскачивающейся и невероятно грязной кадровичке. – Ядвига, серденько мое, это где же ты так наклюкалась-то? А пойдем-ка со мной, мы тебя помоем, чаем напоим и спать уложим.

– Скурвел, – кулачок Ядвиги чуть не задел нос Валяева. – С тобой? Естес хоры умыслово? Убийца!

У Зимина дернулась щека, он щелкнул пальцами, и два охранника, из тех, что приехали с нами, быстро направились в сторону женщины, которая плавно переходила на крик.

– Ядвига, золотко, ну что ты несешь! – Валяев с невероятной ловкостью уворачивался от кулаков разошедшейся полячки, грязь летела во все стороны, видно, перед тем, как прийти в здание, она здорово повалялась в ней.

– Нех че пёрун тшасьне! – визжала Ядвига, которую уже начали скручивать люди Эдварда. – Пёс ци морда лизал!

– За мной ее тащите, – скомандовал Валяев охранникам, которые таки схомутали кадровичку. – Быстро, быстро.

Он направился к служебному лифту, лицо его было бледным и сосредоточенным.

– Как не стыдно, – сказала Вика Ядвиге, когда ее проносили мимо нас. – Такую должность занимаете и…

– Естес таня курва, – сообщила ей Ядвига и плюнула в ее сторону, впрочем, не попав.

– Чего? – Вика посмотрела на меня. – Ничего не поняла. Чего она сказала?

– Это на польском, – раздался знакомый мне голосок у нас за спиной. – Она сказала, что вы дешёвая … ммм… женщина, переведу так. И еще, что у вас, извините, задница – точно шкаф, большая и некрасивая.

– Что-о-о-о?! – взревела Вика и повернулась к Дашке, которая стояла с виноватым видом, опустив глаза в пол.

– Так это она сказала, не я, – Дарья, не отрывая взгляда от пола, ткнула пальцем в удаляющихся охранников, волокущих пьяную полячку к лифтам. И я понимал, почему она так поступает, поскольку прекрасно представлял, какие сейчас скачут бесенята в ее шалых зеленых глазах. – Вы спросили, что она сказала, я перевела…

– Виктория, не принимайте близко к сердцу слова пьяной женщины, – Зимин положил руку на плечо разъяренной Вики и повернул ее к себе.