Файролл. Снисхождение. Том 3

Шутки-шутками, а в это время вернулись скособоченные мужички Стив и Алекс, притащив мешок, который они держали вдвоем, один за левый край, другой за правый. На их квадратных лицах гуляли улыбки, когда они синхронно протянули его представительному мужчине.

– Вот и славно, – сказал тот и потянулся. – Ну что, соглядатай, вот и принесли твой саван. Не обессудь, уж какой есть.

Я увидел в толпе Назира и по его лицу понял, что как только меня начнут в этот мешок запихивать, то он вступит в дело, и моя недавняя просьба его уже не остановит.

Ибн Кемаль сказал охранять меня, и его приказ для ассасина есть истина в последней инстанции.

– Гро-о-окс! – еще раз, видимо в последний проорал я, и тут мне заткнули рот.

– В мешок его, – скомандовал было представительный, но тут к нему подошел невысокий человек в черной одежде и что-то прошептал на ухо. Представительный глянул на меня, на мешок, на толпу и помахал рукой дюжим молодцам, которые уже подошли ко мне с недвусмысленными намерениями, добавив: – Погодите-ка минутку.

Я выдохнул. Казнь отложилась, и, надеюсь, по той причине, что мои вопли все-таки услышал кто-то из людей Витольда. Теперь главное, чтобы Грокс оказался в лагере.

– Вот не понял сейчас, – сказал кто-то из игроков. – Такого раньше не случалось. Григ, заскринь этого клоуна. Все, что не так, надо всесторонне изучать, в таких моментах может быть рациональное зерно.

Вот же! Попалился я, причем совершенно по-дурацки. Расслабился, стал слишком много о себе полагать и попалился.

Лучше бы дал себя утопить, дешевле вышло бы. Отыскал бы в Эйгене кого-то из людей Витольда, наверняка их там хватает. Подключил бы к делу тех же пикси, эти за мзду и развлекуху кого хочешь найдут. Но теперь об этом можно забыть, меня уже заскринили, причем неоднократно. А если сейчас придет Грокс и мою потрепанную персону еще и освободят, то здесь непременно найдутся те, кто подобное мимо своего внимания не пропустит.

И Грокс пришел, как и следовало ожидать. Маленькая тщедушная фигурка вынырнула из ниоткуда, подошла ко мне, и я увидел знакомое лицо с носом-хоботком и мутными, словно оловянными, глазами.

За его спиной стоял тот самый человек в черном, который говорил с распорядителем казни.

– Привет, – сказал я Гроксу, понимая, что теперь терять все равно уже нечего. – Узнал?

Он кивнул, а потом что-то шепнул человеку в черном. Что – не знаю, не расслышал, хотя и гадать особо и не приходится. Плюгавец почти наверняка подтвердил мою личность.