Ревизор: возвращение в СССР 17

Надо было одновременно кому-то одному на всех билеты брать. Хотя бы в одном вагоне ехали бы.

Объявили посадку. Сразу договорились с проводницей в шестом вагоне, что я меняюсь местами с ребёнком, чтобы не удивлялась потом, что я по детскому билету еду. А пока мы все набились в четвёртый вагон и пытались рассовать багаж. Часть пришлось закинуть на третью полку, предварительно сняв оттуда матрасы.

Наконец, мы разместились. Трофим с Гришей вышли на перрон покурить, я вышел с ними. Гриша сунул мне четвертной.

– Покатайтесь там с Родькой на всём, чём можно, – попросил он.

 – Лодки, карусели. Не экономь. Отец на август поедет, я ему с собой ещё денег дам. Гуляйте на полную катушку, мороженное, газировка.

– Хорошо, не переживай. А у тебя есть какой-нибудь телефон для связи? – осенило меня в последний момент. – Может, рабочий?

– Нет, я ж на курсах учусь, – ответил он.

– Так, ну, тогда, договорюсь с Галиёй, что, когда я в Москве буду, раз в неделю, например, вечером в среду в восемь часов, они с Родькой будут нам с почты звонить на мой домашний телефон.

Будешь приходить и разговаривать с сыном.

– О, давай. Так и сделаем, – оживился он.

– Так, отъезжающие, пройдите в вагон! – крикнула проводница и мы попрощались с Гришей.

Он подошёл к окну. Мы не сразу заметили его за соседями на боковых полках нашего плацкарта. А когда заметили, Родька кинулся к окну и разревелся.

– Только этого не хватало, – удивился я, глядя на рыдающего пацана и испуганного отца за окном.

Тут и поезд тронулся, показал Грише рукой, что всё нормально, и принялся объяснять мальцу, что он будет каждую среду вечером ходить на почту и звонить нам в восемь часов вечера.

А мы с его папой будем ждать звонка у меня дома.

Насилу успокоили парнишку. И чего он испугался?

Глава 2

Москва.

Родька забился на верхнюю полку. Бабушка с Галиёй вручили мне Аришку, а сами занялись сумками с едой. Посадил Аришку на верхнюю полку к Родьке, у малой восторгу было! Сам, конечно, стал рядом – присматривать.

Еще тот возраст, когда некоторые дети искренне считают, что могут по воздуху ходить… Трофим ушёл за чаем, объяснив проводнице, которая, проверив билеты, начала разносить чай, что мы не можем ждать своей очереди, у нас дети, и нам ещё надо остудить кипяток.

Покушать в поезде – это святое. Во всех купе начались приготовления к ужину. Дети сверху с живейшим интересом наблюдали, как у нас на столе появляется еда. Много еды. Запахло курочкой.