Хранитель кладов

Мне вот только жалко, что морковки нет, сейчас бы из нее пережарку сделать для душистости.

– Еда, – высунул я голову из палатки. – Хочу-хочу-хочу! А потом хоть на станцию везите, хоть куда… Хоть на дереве вешайте! Только пожрать дайте!

– О, проснулся пропаданец наш, – иронично заметил Гендос, помешивающий черпаком варево в котле, висящем над небольшим костерком. Нет, у нас имелась специальная плитка, удобная и не громоздкая, но тут мои приятели, похоже, решили пойти традиционным путем приготовления пищи. Есть в еде, приготовленной на открытом огне, нечто сакральное, приближающее нас к истокам сути людской, к памяти предков.

 – Нам спать не дал, зато сам выдрыхся по полной.

– Неправ, виноват, скотина, – я вылез из палатки, подошел к костру и вдохнул ароматный пар, поднимающийся над котлом. – Уф-ф-ф, милота какая! Давай, разливай уже по тарелкам.

– Покомандуй еще, – легонько стукнул меня поварешкой в лоб Генка. – Когда готово будет, я скажу.

– Ты, Швец, только проблемы создавать да жрать мастак, – сообщил Сивый, впрочем, уже довольно миролюбиво.

 – А вот мы за вчера и сегодня два десятка монет подняли, причем неплохих, крестов нательных пяток да еще и знак старосты. И это с учетом того, что кучу времени на твои поиски потратили.

– Знак кого? – насторожился я, почесав грудь. После ночных похождений это слово, произнесенное другом, почему-то поселило во мне тревогу, так, словно оно само было неким знаком, напоминавшем мне о произошедшем.

– Деревня тут стояла большая, сам видишь, – Сивый показал мне светлый кругляш, который он в данный момент старательно надраивал.

 – Не село, разумеется, церкви не имелось, но люди-то, люди здесь жили, и было их немало. Если есть население, то должна быть власть, таковы законы бытия. А она – не только приказы, но еще и атрибутика.

– Самое забавное, что века прошли, а бардак остался тот же. Что они тогда, что мы сейчас – одинаково все, – рассмеялся Гендос. – Понимаешь, по «Положению о крестьянах» деревням старосты не полагались, только селам.

Да на самом знаке, вон, надпись: «Сельский староста». То есть кто-то просто плюнул на условности и посадил управителя в деревне против всех уложений. Если нельзя, но очень надо, то можно.

– Или сюда наведался староста из соседнего села в связи с праздником урожая, нажрался местным самогоном, а после уснул рожей в пашне, – возразил ему Сивый, причем это прозвучало как-то очень привычно. Как видно, подобные дискуссии у них были нормой.