Хранитель кладов

– Сохранность отличная, – заметил Генка, забирая монету у Сивого. – Нечасто такую встретишь.

– А как ты дату определил настолько точно? – с любопытством спросил я.

– Что рублевик времен поздней Екатерины, сразу было ясно – у изображения матушки-государыни шея короткая. Вот, смотри. На ранних монетах она куда длиннее. Как видно, в те времена лебединые шеи не в почете были.

И правда, голова шальной императрицы не то чтобы прямо из плеч росла, но шея была почти не заметна.

– А дальше – интуиция, – продолжил Гендос.

 – Ну и во-о-от эта точка у двойного «с». Видишь, насколько близко она к краю монеты расположена? Я и с этим, и другими годами сталкивался не раз, вот и запомнил. Так вот, на более поздних монетах она ниже проставлена. А на более ранних сама Катька немного по-другому выглядит.

– Точно, – хлопнул себя по ляжкам Сивый. – Подвела меня правительница всероссийская.

Ну да, то самое двойное «с» было частью слова «всеросс». Целиком титул на монету не вошел, потому на этом «с» титулование и кончалось.

– Монета, конечно, зачетная, но не «релик» ни разу, – Генка подкинул денежку на ладони, а после протянул мне. – Екатерининские «рублевики» часто встречаются. Но все равно нет повода не порадоваться за удачу друга.

– Еще один рублевик, – Сивый взял из кучки следующую монету. – Этот, правда, покоцанный.

Собственно, эти две денежки по номиналу оказались самыми крупными, остальное было помельче. Среди найденного обнаружилась пара серебряных полуполтинников, один двугривенный того же металла, а остальное и вовсе медь.

– Где, говоришь, откопал? – Сивый, что твоя гончая, аж трясся весь от азарта, у него даже волосы, здорово поредевшие со времен школы, дыбом встали. – Вон там? Странно, странно… Сумма тут по тем временам немалая. Ладно бы староста ее закопал или кто из зажиточных крестьян, так с чего бы им на окраине жить? У них дома в центре деревни, небось, стояли.

Да нет, не похож был тот бородач, что некогда припрятал деньги под стенами своего дома, на зажиточного крестьянина.

Я его лицо в видении, которое мне показал клад, хорошо разглядел. Да и на сильно добродетельного человека, признаться, этот селянин тоже не тянул. Сдается мне, он под домом то припрятал, что в темном лесе да залесье с кистенем на дороге приобрел. Ну, или каким другим, не сильно праведным, путем добыл. Заработай он такие деньги честно – сразу бы в оборот пустил.