Хранитель кладов

Поняв, что я далек от данных радостей жизни, мой приятель не стал унизительно хихикать, показывая на меня пальцем, или укоризненно цокать языком, давая понять, насколько низко пала наука. Напротив, он сказал:

– Давай-ка, Швец, телефонами махнемся. Мы с Гендосом в июле, как всегда, на «коп» поедем и тебя с собой прихватим. Третьим будешь.

– Не вопрос, – сразу же согласился я, доставая из кармана смартфон. – Диктуй свой номер, а я тебе перезвоню.

Дело было еще в мае месяце, а к лету я про эту встречу уже забыл совершенно.

Ну, поговорили и поговорили, что теперь? Мы все, общаясь со старыми друзьями, которых давно не видели, непременно заканчиваем беседу фразой: «А вообще, надо бы встретиться, посидеть, поболтать». Но это желание почти никогда не становится реальностью, потому что у всех полно дел в дне сегодняшнем и нет времени на воспоминания о прошлом.

Потому, когда в начале июля раздался звонок и на экране высветилось «Паша Сивый», я удивился безмерно.

– Швец, здорово, – деловито проорал в трубку тот.

 – Через две недели едем, так что давай, бери отпуск. Надеюсь, проблем с ним не будет?

– Никаких, – подавленный таким напором, пробормотал я. – Слушай, только…

– «Заднего» включать некрасиво, – притворно-грозно гаркнул Пашка. – И Гендос не поймет, а ты его знаешь.

Гендоса я знал, да еще как. В годы детства и юности он был первым блюстителем неписаных пацанских законов, которые уходили корнями в легендарное прошлое нашего старого московского района, и требовал того же от остальных.

Он никогда не трогал своих врагов, если встречал их с девушками, никогда не добивал тех, кто уже лежит на земле, и считал зазорным зажимать в кулаке «свинчатку» для усиления удара. Впрочем, ему и не надо было с такой накачанной бицухой.

Он не поймет, это верно. Детство наше давно прошло, но рука у Генки наверняка до сих пор тяжелая…

– Я не о том, – виновато просопел в трубку я. – У меня просто этого нет… Ну… Инвентаря. Металлоискателя то есть.

– Да не парься, – успокоил меня Сивый.

 – Я себе на Новый год подарок сделал – нового «гарика» купил. А тебе отдам свой старый «трактор». Вполне приличная машинка, три сезона с ней отходил.

– Переведи, – попросил я его.

Оказывается, под именем «гарик» скрывался металлоискатель фирмы «Гаррет», а «трактор» – это аналогичный прибор, но другого изготовителя.

Поняв, что теперь отказ точно невозможен, я подтвердил свое участие в походе, хоть глубоко в душе этого уже не очень и хотел.