Место под солнцем

Не слишком предусмотрительно, учитывая, что за спиной у меня был Трифон с дубиной в руках, но очень хотелось пить. И потом, нет у него смысла мне голову сейчас проламывать, я ему нужнее, чем он мне. Но в целом надо начинать менять привычки, что-то мне подсказывает, что времена всеобщего доверия уходят в прошлое.

Вода сделала свое дело. Вызвав показатели «голод» и «жажда», я убедился в том, что они снова равны чуть ли не первоначальным значениям. Правда, с голодом дела обстояли похуже, чем с жаждой, так оно и понятно: «Ешь вода, пей вода»… Но в любом случае некоторый запас времени у меня снова был.

– Вот и ладушки, – вытер я лицо. – Жить стало лучше, жить стало веселее. Ну что, Трифон, давай пей – да пошли. Время терять не стоит, не так его и много у нас. Надо искать людей и большую воду. Причем найдем одно – найдем и другое.

– А я? – с обидой спросил Павлик, переводя взгляд с меня на Трифона. – Меня вы с собой не берете?

Юрист показал на меня пальцем: мол, его спрашивай, он тут главный, и опустил лицо в воду.

Павлик заморгал большими голубыми глазами и жалостливо сморщил лицо.

– Эй-эй, – остановил его я. – Меня такими штуками не проймешь, так что даже не начинай. И потом, парень, мы и сами не знаем, куда идем.

– Так тут, похоже, никто этого не знает. – Павлик пожал плечами. – Я вообще думал, что в лесу помру, возродюсь и снова помру. Слушайте, возьмите меня с собой. Мне одному… это… Страшно мне!

Ну да, в его возрасте признаться двум незнакомым дядькам, что тебе страшно, непросто.

Самолюбие, максимализм… Это надо нутро пересиливать, я себя в его возрасте еще помню.

Ладно, вот и случай расставить точки над «i» и закрепить свое лидерство. В конце концов, все равно это надо делать, и лучше прямо сейчас, пока нас еще трое. А если будет пятеро? А если семеро?

Но тут еще стоит подумать, нужно ли мне это? Одному выживать куда как проще. Точнее, выживать проще в коллективе, но отвечая только за себя самого. Лидерство же – штука такая, непростая, чреватая неприятностями и большой ответственностью.

Хотя в данной ситуации деваться мне все равно особо некуда – этих двоих уже как-то и не бросишь, все-таки живые души, а на лидеров они не тянут никак. А если я сейчас возьмусь за этот гуж, то придется его и дальше тянуть, причем если к нам еще народ прибьется, то для них я буду главным априори.

А что я буду делать с теми, кто не захочет признать меня лидером? Ну вот возьмет кто-нибудь и скажет: «Да ну его на фиг. Я сам главным хочу быть».