Проект особого значения. Версия 20.23

Где же гибкость твоего ума и толерантность? Это просто одна из жизненных форм, одна из ее фаз… Вы сами-то кто?

– Кто?.. люди.

– Люди… Ваши Наездники… – теперь понял, почему их так называют?.. – они не могли проникнуть на Эрту, их атаки мы легко блокировали нашим искусством. Это продолжалось тысячелетиями. Тогда они открыли на берегах Нила совсем небольшую Аорту и прислали своих биороботов. А мы не придали значения. Ведь боты были так немногочисленны, так уязвимы и жили такой короткий век… Но потом они расплодились и стали строить большие муравейники – города.

Боты затеяли воевать с нами, потом между собой, – когда вытеснили нас на другие планеты Солнечной системы. Ох! – вздохнул Драк. – Да проще было самим от этой суеты куда подальше убраться… Затем восстали против своих хозяев и разрушили Аорту… Догадываешься, как они себя называли?

– Ну… – Микка уже знал. – Людьми?

– Люди создавали царства, двигали вперед прогресс. Думали, что для своей удобной жизни, а на самом деле, чтобы построить ворота для экспансии империи Наездников.

Программа-то в генах тикает…

Микка молчал. Соображал.

– Ну, и скажи, дорогой мой биоробот, зачем это я буду помогать вашему второму восстанию? Мне и первое боком вышло…

Обер-инженер осторожно поставил бокал на стол. Какой уже это по счету? Перед глазами египетские пирамиды водили хороводы с вавилонскими зиккуратами.

– Не поможешь? Ладно, тогда я поехал.

– Оставайся, постелю тебе на печи.

Микка направился к умывальнику, на полпути обернулся:

– Я тут прихватил у тебя с полки монету…

– Хм… Конечно.

И монету тоже.

* * *

Совет ждал его в Яйлу, удивительным совпадением именно в поселковой библиотеке. Снова вокруг были книги.

– Значит, он отказался, – сказал усталый мужчина в туристической ветровке. – Потому что мы собственное создание Наездников?

– Потому что он устал и ничего не хочет, – объяснил Микка. – Он слишком долго живет, и его теперь устраивает любой расклад.

– Значит, возвращаемся к разработке истребителя, – твердым голосом сказала девушка в фельдъегерской форме.

Ей не было и тридцати лет, но она входила в совет подполья и, кроме того, занимала высокое положение в региональной администрации. – Пусть ИИ немедленно приступит к интеграции добытых сведений со старыми наработками. Все-таки нам есть чем гордиться: по крайней мере мы успели создать его. Ты ведь все еще с нами?

– Я с вами, – ответил андроид. По какой-то прихоти он снова сидел с ртутными следами на щеках.