Тёмные пути

Ну а как по-другому? Мне против этой лютой старушки не сдюжить, это точно, слишком разные у нас с ней весовые категории.

А если мы с Марфой не схлестнемся, так он так и так не в убытке. Или я снова придумываю страшилки для самого себя?

Но развел он ее очень лихо, прямо как по нотам. Красивая работа настоящего мастера. Всего-то пара фраз, сказанных в нужное время с нужной интонацией, а какой результат?

– Поживем – увидим, – я решил перевести разговор в плоскость, которая меня интересовала куда больше, чем все остальное.

 – Амулет. У кого он? Кто его нынешний владелец? Надеюсь, мне не придется снова тащиться куда-нибудь на кладбище?

– На кладбище? – кротко ответил антиквар. – Нет-нет, ничего такого. Хотя, ради правды, его последняя владелица именно там сейчас и находится, она года два как умерла. Но кулон ей в гроб никто не клал, не переживай даже.

– Уже хорошо. Только вот отчего мне как-то не по себе стало, Карл Августович? Какой-то голос у вас нерадостный.

– Просто дело в том, Валерий, что ты мне крайне симпатичен, – пояснил Шлюндт.

 – В человеческом смысле, разумеется, не подумай чего дурного. Ну, вроде того, что сейчас пришло в голову твоей беспутной приятельницы. И, признаюсь как на духу, мне не очень радостно сообщать тебе то, что ты сейчас услышишь.

– Интересно, будет хоть одна цацка, которую мы добудем просто и беспроблемно? – мечтательно произнесла Стелла, которую, похоже, совершенно не тронуло мнение антиквара о ее моральных качествах. Ну или она не сочла его оскорблением, потому что все так и было на самом деле.

 – Например, тихо-мирно украдем из музея или просто пойдем и купим?

– Кстати, о «купим», – оживился Шлюндт. – Валера, напоминаю тебе о жетоне, что ты мне обещал, и о монетах. Мне бы на них глянуть. Я тут переговорил кое с кем, покупатели на это добро имеются.

– Это все потом, – попросил я его. – Сейчас вы уж скажите нам: где кулон?

– Кхм… – откашлялся он. – Вы же слышали о Романе Митрохине? Не могли не слышать.

Ладно, Иоанна Первая – это понятно, но про то, что случилось в семье человека из списка «Форбс» три года назад…

– Митрохин! – Стелла приложила ладони к щекам. – Вот же!

И она выдала вторую нецензурную тираду за последние десять минут, причем, как нарочно, именно в этот момент двери кабинета открылись и в них заглянула девушка-метрдотель. Она выслушала до конца словоизлияния Воронецкой, с уважением покрутила головой и неслышно притворила створки.