Пути военные, пути семейные. Истории моих родных в 1940-х

Он упрямо направился к выходу:

– С вокзала принесу!

– Да куда же ты сам по темноте такой? Сколько ехали! – забеспокоилась жена.

– Ничего, дойду, я запомнил дорогу.

Вокзал показался родным и знакомым. Так спешили выбраться из тесной теплушки в дом, а теперь Святослав почти пожалел: тут хоть печка есть, кто остался – сегодня в тепле! Набрал чайник кипятка и отправился обратно.

Снег под сапогами пронзительно скрипел. Мороз градусов тридцать, не меньше. Кипяток-то остынет! Святослав прибавил шагу, почти бежал – но чайник в руке заходил ходуном, выплескивая воду.

Пришлось идти медленнее. Когда вернулся в кухоньку, вода стала едва теплой. Эля с Люсей и такой были рады. Напились воды и легли спать на вещах, не раздеваясь.

Проснулись рано, стало очень холодно. Долго не решались встать, пар от дыхания стоял в воздухе. Святослав посмотрел на осунувшееся лицо жены, бледную Люсю. Плотно закутанные в одеяла, они сжались от холода. Внутри привычно застучало: надо бежать, решать, что-то делать! Кто, кроме него?

– Сейчас принесу кипяток на чай! – и бросился бегом, чтобы согреться.

День прошел в хлопотах. Сначала в гостиницу к Мелехину, потом в Гортоп, в Горсовет. Святослав просил, требовал, размахивал эвакуационным свидетельством. Угля или дров достать не удалось, зато к вечеру администрация выдала карточки на хлеб.

В магазин попал прямо перед закрытием. Хлеба уже не было, остались булки. Святослав тут же съел одну, с наслаждением смакуя свежую выпечку, и поспешил с угощением к семье.

Завтра уже на работу.

Контору разместили в бараке на новостройке. В полдесятого собрались сотрудники, прошлись по помещениям. Мороз ужасный! Ни столов, ни стульев, как работать? Начали с главного: поставить печки, протопить.

Иван Яковлевич подозвал Святослава:

– Должности юриста у нас теперь не будет. Назначаю Вас бухгалтером с окладом 450 рублей. И обязанности кассира тоже Ваши.

Святослав замотал головой, стал громко доказывать:

– Позвольте! Как юрисконсульту мне полагалось 465 рублей за половину рабочего дня, а теперь за полный день 450 рублей? Меня это не устраивает!

Мелехин устало, но веско произнес:

– Ничего иного нет.

А если я Вас сокращу, работы нигде не найдете, везде переполнено народом всяких специальностей.

Возразить было нечего, Святослав отчаянно произнес:

– Что же делать? Жена инвалид, за ней уход требуется, дочь без работы.