Наши корабли

Он был кондоминиумом – то есть домом собственников квартир, редкая из которых стоила меньше миллиона долларов. Но по договорённости с правительством графства Арлингтон в нём было несколько квартир доступного жилья. Так называли квартиры для малоимущих жителей, которые имели особый жилищный ваучер. Мы были среди них. Платили мы мало, остальное доплачивало графство.

«Им овладело беспокойство, охота к перемене мест…» Это не обо мне. Страсти бессмысленных путешествий я, казалось, не испытывал. Мне хватало впечатлений по пути в булочную.

Встречные неожиданные красочки были мне по душе. Они были мимоходом, по случаю и мне достаточны. Переезд стал реальной причиной грусти домашних, но я скрытно радовался. Новый дом я приравнивал к путешествию в иную страну. «Одиссей» был для нас всё-таки средой привычной. Как-никак, похоже мы жили до этого в Москве.

В сборнике нереализованного у каждого есть своя романтическая страница. «Под небом голубым есть город золотой, с прозрачными воротами и яркою звездой.

А в городе том сад, все травы да цветы…» поётся группой Аквариум. В первоначальной «Сюите для лютни», для группы исходной, было «над небом…», которую затем с «под» спел Борис Гребенщиков, что было естественным и приближало к современной сути.

В жизни свои истории с «над» и «под». Свойственны нам мечтания, романтика. Они уже меня давно не тянут, не влекут новыми местами. И раньше я чаще обходился «малой кровью», а ныне и совсем не гожусь в силу возраста. Но очутиться на далёком берегу, отрезанным от всего, без связи? Подвиг, мерещащийся космонавтам только в ужасном сне.

В основе своей Вашингтон – зелёный город. С цветущим по весне вишнёвым центром и зелёными анклавами. Для нас теперь таким сохранившимся зелёным кусочком стала маленькая городская речка “Four Mile Run”, обсаженная с обеих сторон, и имеющая забавную историю своего названия. Эта живописная городская речка своим именем обязана исторической данности – мельницам, построенным на этой речке в колониальные времена, и ошибке картографов, прочитавших на истёршейся карте не «Четыре мельницы», а «Четыре мили» и положивших свою ошибку в название новых карт.

И эмблема у автобусной остановки рядом с Милл Центром у речки напоминает исходную историю.

Наш район, как здесь его называют официально графство Арлингтон, в России известен, ну разве что, своим арлингтонским кладбищем и геометрической фигурой Пентагона, хотя это существенная процветающая часть Большого Вашингтона.