В логове зверя. Часть 1. За фронтом

Московское шоссе кажется настороженным и мрачным в темноте ночи. Горький уже позади. Впереди Дзержинск… Вспомнилась ночь на фронте за Черниговым. Я с группой офицеров в полковом резерве. Как-то, в перерыве между боями, заночевали под скирдой. Проснулся среди ночи от тишины. На фронте так часто бывает: спишь под привычный грохот и стрельбы и взрывов и просыпаешься от внезапного безмолвия с чувством необъяснимой тревоги… Тёмное небо. В нём угрюмая и зловещая вибрация гула немецких самолётов… На фоне неба багровое зарево горящего третьи сутки Чернигова… Такое острое чувство одиночества вдали от далёкого дома.

Казалось, прошлое потеряно безвозвратно и никогда больше не увидеть мне никого из своих родных, сына… Вспомнилось потом, уже перед отъездом из Самойловки. Там, на улицах села, после занятий с курсантами, часто думалось: «Неужели будет так, что среди хаток на заснеженной улице встречу Мусю и Стасика?..» Так живо представлялись их фигуры, одежда, выражения лиц, жесты при встрече со мной… Настолько чётко всё это виделось, что казалось галлюцинациями.

Понятно, с каким волнением я теперь всё более и более приближался к ним. Вот машина свернула, наконец, с шоссе влево и по обе стороны дороги выплыли тёмные, без привычных когда-то светлых окон, громады домов. Дзержинск! Встали возле здания горсовета. С шофёром пришлось расплачиваться чуть ли не насильно – упорно отказывался от какой-либо оплаты за услугу: ведь фронтовика офицера вёз.

Сам он повоевать ещё не успел.

Тишина города, пустота и темнота Дзержинска неприятно поразили – ведь был ещё не такой уж и поздний час. Долгий путь от Самойловки до Горького создал иллюзию большого удаления от фронта и всё ещй казалось: Дзержинск – глубокий тыл. Однако шофёр предупреждал: нынешней ночью ожидается очередной налёт немецких самолётов. И – бомбёжка… Не хотелось этому верить, но фашисты, оказывается, бомбят город уже давно и регулярно.

Сбрасывают фугасные бомбы. Есть убитые и раненые среди мирных жителей – откуда в тыловом гражданском городе не мирные…

С трудом сдерживая дыхание и спешащее впереди меня сердце, спешу домой… Домой. Даже смысл этого простого, в мирное время, слова изменился – стал многозначительнее и теплее. Будничное и прозаическое, слово это приобрело самое важное для жизни значение.