Борьба с безумием. Гёльдерлин. Клейст. Ницше

В этой трагической поэме мы ясно постигаем все своеобразие его вдохновения. Исходная точка творчества – это брезжащее, безрадостное и безбольное чувство внутреннего созерцания, мечтательной грезы:

Не ведая желаний, увенчав

Чело цветами, он блуждает в мире

Своем, божественный покой вкушая;

Не смеет даже воздух потревожить

Счастливца…

Он не замечает окружающего мира; только в нем самом нарастает таинственная, вздымающая ввысь сила:

Молчит весь мир; лишь в нем само собой

Растет, рождая радость, вдохновенье,

Покуда, словно молния, во мраке

Восторга творческого мысль блеснет.

Итак, не переживание, не идея, не воля воспламеняет в Гёльдерлине творческий импульс – «само собой растет» вдохновение. Не от трения о какой-нибудь земной предмет воспламеняется оно: «нечаянно», «по мановению свыше» сверкнет непостижимый миг, когда

Незабвенный,

Нечаянно, по мановенью свыше,

Нисходит гений творческий на нас:

Немеет разум, и все тело

Дрожит, как молнией поражено.

Вдохновение – это пламя, упавшее с небес, возгоревшееся от молнии. И вот Гёльдерлин рисует знакомое ему божественное состояние горения, когда все земные воспоминания выгорают в огне экстаза:

Здесь он чувствует себя,

Как бог в родной стихии: наслажденье

Его – божественный напев.

Раздробленность индивида преодолена, «небо человека» достигает единства чувства («Слиться воедино со вселенной – в этом жизнь божества, это небо человека», – говорит его Гиперион).

Фаэтон[21 - Фаэтон – персонаж древнегреческой мифологии, сын бога солнца Гелиоса. Неумело управляя солнечной колесницей отца, чуть не спалил землю, за что был наказан Зевсом.], символ его жизни, достиг в огненной колеснице звезд, уже звучит вокруг него музыка сфер; в эти творческие экстатические минуты Гёльдерлин достигает апогея своего существования.

Но к этому чувству блаженства пророчески примешивается предчувствие падения, вечное ожидание гибели.

Он знает, что пребывание в пламени, проникновение в тайну богов, ложе за трапезой бессмертных, нектар и амброзия даются смертным лишь на краткий срок. Зная законы судьбы, он объясняет свою судьбу:

Полноты божественной бремя

Изредка может снести смертный. Но с этой поры

Вся его жизнь – лишь греза о ней!

Бурное странствие в колеснице Феба неизбежно приводит – гибель Фаэтона! – к падению в бездну.