Power sisters. Женщины в истории

Посетив званый обед в Доме правительства в Бомбее, она тщательно отметила в своем Дневнике, что она и французская гувернантка были единственными присутствующими женщинами, с которыми не было рядом мужчины. Никто не воспринимал ее как ученого, лишь как одинокую женщину. Ее чувство собственного достоинства было оскорблено после встречи с «Его Превосходительством» сэром Джорджем Ллойдом, британским губернатором в Бомбее, который поставил ее на роль просителя знаний:

Путешествие оказало на Эйлин магическое действие, создавая иллюзюзорное видения себя перенесенную в прошлое.

«Итак, я прочитала Махабхарата. Я почувствовала, как будто на мгновение перехитрила время и мельком увидела далекое утро мира».

Посетив званый обед в Доме правительства в Бомбее, она тщательно отметила в своем Дневнике, что она и французская гувернантка были единственными присутствующими женщинами, с которыми не было рядом мужчины. Никто не воспринимал ее как ученого, лишь как одинокую женщину. Ее чувство собственного достоинства было оскорблено после встречи с «Его Превосходительством» сэром Джорджем Ллойдом, британским губернатором в Бомбее, который поставил ее на роль просителя знаний:

Путешествие оказало на Эйлин магическое действие, создавая иллюзюзорное видения себя перенесенную в прошлое.

Она сообщает о своем «недомогании» в индуистском Храме: два «сумасшедших» бегают по залам и коридорам, которые «все темные и грязные, а вокруг все заполнено резными фигурами с богато украшенными узорами».

С четырьмя ногами и шестью руками, огромной грудью, большими округлыми конечностями, они все же в некотором смысле более человечны, чем неподвижные Будды. Они представляют собой принцип жизни, так как в природе джунгли ближе, чем что-либо другое, представляют жизнь без оживляющей силы разума, порядка, сдержанности, радуясь грубому факту изобилия, плодовитости, готовые захлестнуть огромным, пышным ростом всю скудную, скупую жизнь интеллекта и духа.

Индусы не поклоняются телу, но их боги и храмы их богов это апофеоз жизни тела, оторванной от жизни ума. Весь их храм кажется одним огромным карнавалом воспроизводства. [14]

Она шокирована собственной реакцией в храме, нарушая образ себя как человека без предвзятого мнения и предрассудков, от которых она отмахивается.