Пламя в парусах. Книга первая

Вскрикнул, отпрянул и, оступившись, кубарем покатился прочь с козырька! Едва не поломался весь, а упав, не сразу понял, что приземлился аккурат на моток тех гнилых сетей. И тут же, в ужасе, назад пополз, прямо по грязной земле, не смея отвести взора от глаз этого негодяя! А тот просто на меня смотрел. Беззлобно в общем-то. И это ужасало.

– Эй, мальчишка, – приоткрыв окно, сказал он спокойно. – Иди-ка сюда. Не бойся.

Эти его слова мне словно чеканом по голове вдарили: ни ответить, ни продохнуть.

Только и оставалось, что прочь отползать; и от него, и от проклятущего этого особняка, и от убиенного старосты, что внутри лежал. Ну а когда из оконца показался тот, лысый, чей лик злоба до самых краёв переполняла, у меня и вовсе все краски перед взором выцвели. Я вскочил на ноги и, не помня себя, помчал оттуда быстрее самого быстрого из ветров.

Никогда прежде ещё так не бегал – едва касаясь сапогами земли! До ближайшей развилки, что в сотни ярдах была, долетел всего за пару-тройку ударов сердца – притом, то ещё и бешено колотилось! Лишь у са?мого поворота позволил себе чуть замедлиться и оглянуться, ну а увидев, что оба мерзавца за мной погнались, – припустил во весь опор.

Бежал, как у нас это говориться, не щадя ни ног, не земли. Когда я впервые сюда шёл, старался ещё худо-бедно запоминать дорогу; сейчас же нёсся словно офонаревший хряк, не разбирая пути. А редкие прохожие только и успевали, что прочь шарахаться. Сам же я не соображал, что делаю и куда бегу.

Не было у меня ни плана, ни цели. Душегубы прямо за спиной, а единственное спасение – работать ногами! Какие уж тут раздумья?

Очередная развилка – очередной выбор наугад! Инстинктивно, уповая на удачу, не успев даже в уме просить богов о снисхождении. Мать некогда учила меня дышать ровно и правильно во время бега, – сейчас же я, как последний дуралей, всё это позабыл. Глотал воздух безрассудно и жадно. Так, что тот мне аж глотку царапал. Поворот; прямо на углу собака на привязи залилась на меня лаем… и ошалела, когда я перемахнул прямо через неё! Хотя даже и сам я не понял, как умудрился!.

. Ну а недруги всё никак не отставали.

И вот прямо за очередным проулком мелькнул наконец-то просвет. Узенький, всего в три локотка шириной. Но там – спасенье! Там виднелись люди. Там падал на землю свет.

Я бежал, не видя уже ничего вокруг себя; деля мир только на тёмное и светлое. Двадцать ярдов. Десять. Всего пять!..