Пламя в парусах. Книга первая

Так и эдак я трепал их, прилаживая одно к другому, выискивал у всех их некий общий исход, дабы разрозненная картинка сложилась в единое целое. Но, увы. Всё в пустую. Разум твердил, что между собой они никак не связаны; что всё это – одна лишь череда причудливых совпадений, и не более того. И только чутьё твердило об обратном.

Мимо, с криками: «Дорогу! Дорогу гонцу, несчастные!», – промчался всадник. Скакуна своего он гнал без устали, а пыль за ним поднималась вдвое больше той, что вставала от всех телег и повозок на дороге.

В этой-то пыли он и исчез в мгновение ока – ещё быстрее, нежели появился, – и даже выкрики его поглотило душное марево. Эль недовольно фыркнула и мотнула головой; кто-то из путников принялся бранить гонца последними словами. Я же только сильней призадумался:

«А вот и ещё одно неясное знаменье, – всплыло в моём уме. – Гонец, скачущий во весь опор… не иначе, как с дурными вестями! Отчего же теперь мне ещё больше кажется, что небожители решили надо мной хорошенечко подшутить? Видать интересно им, сколь много дум выдержит моя голова, прежде чем треснет, как переспелая тыква».

И стоит признать: такое объяснение виделось мне наиболее вероятным.

Мысли и идеи; предположения и догадки; неожиданные ответы на все вопросы, и, миг спустя, столь же очевидное осознание, что ответы эти, – лживые, так и продолжили донимать меня, пока городок Гринлаго неспешно подымался из-за пыльного смога. Было ещё светло, но на небе уже вовсю зажигались звёзды, и в какой-то миг мне показалось, что лучше уж любоваться ими, чем выискивать призраков в сухой траве.

«Библиотека ответит на все мои вопросы, – наконец решил я. – Там я раздобуду книги и о драконах, и о чаандийцах, и разузнаю – как же всё это связано! И связано ли вообще?». Мысль эта казалась более чем разумной, а потому другими утруждаться я боле не стал. Просто позволил себе и дальше наслаждаться небом оттенка янтарной лазури, по которому некто щедрой своею рукою рассыпал крупную звёздную соль.

?                                                  ?????                                              ?

В общем-то, нет особой нужды подробно описывать время, проведённое в торговой фактории.

Само по себе место это было беспокойным и шумным; скупалось и продавалось здесь всё, что только душе угодно – за любую цену и в любом количестве. Притом ведь, действительно в любом, ибо тот или иной товар подчас существовал лишь в виде клочка пергаментной бумаги, заверенной печаткой торговой гильдии.