Сага о Тамаре

Немцы картошку чистили, бабушка тайком очистки собирала, а потом из них драники пекла. Жаль, умерла уже бабушка Лена… Помню, как прекрасно пахла папина кожаная портупея и ремень. Вот если бы папка был жив, он бы не дал меня в обиду! Сколько раз я представляла, как он вышвыривает этого морального урода вон! А вот запах гвоздик навсегда связан у меня с Борей. Мы сидели в обнимку на лавочке в такой теплый тихий весенний вечер, я читала ему стихи, а букетик мелких садовых гвоздичек торчал у него из нагрудного кармашка.

Как хорошо, что я больше его не встретила! Я бы умерла от стыда…

Своим законным мужем битая не раз,

Была под дулом пистолета.

«За что мне это?» – думаю сейчас.

И до сих пор не нахожу ответа.

* * *

Слышу мамин голос:

– Тамара! Я пришла! Я аванс получила, купила килечки. Давай ужинать.

О! Килька – это праздник. С тех пор, как мы вернулись в Горловку, с деньгами совсем туго. Мамины братья помогли нам Вовку выгнать, а дальше сами выкручивайтесь. Самый старший брат Хрисанф с мамой в Донбассэнерго работает, в коридоре делает вид, что ее не замечает.

Андрей и Костя никогда приветливыми не были.

Я вычищаю у кильки пузики и складываю на тарелочку. Картошка в мундирах лежит, надежно укутанная в полотенце, чтобы не остывала. Мама говорит:

– Сначала луку порежь на килечку, а потом маслицем полей пахучим домашним, Настушка передала. А потом будем брать ее за хвостик и макать в масло.

– Мам, только ты не режь картошку мелко! Я возьму большой кусок, в масле обваляю ее, я люблю, чтобы полный рот еды был!

– Хорошо, – мама вздыхает.

 – Вера предлагает тебе «переполох выливать». Бабку ищем.

– Зачем?

– Да ты бы видела себя со стороны вчера. Бледная, глаза вытаращила.

– Этот идиот все время пишет, что приедет и меня заберет. А я мужчину в черной шляпе увидела в толпе и чуть в обморок не упала.

– Что делать? Ума не приложу. Всех знакомых обошла, никто тебя на работу не берет без образования. Говорят, хоть бы курсы «ягодки-цветочки» закончила.

Учиться тебе надо. К сентябрю надо подобрать какую-нибудь специальность.

* * *

После того, как мамины братья пообещали его закопать, Вовка приезжать боялся, но забросал меня письмами. Да, писать он мастер. Его бодрые письма и в первый раз меня подвели. «С комсомольским приветом, Владимир». У-у, гад!

Муж пишет, что приедет.

Хожу по улицам еле живая.

В толпе мужчина в шляпе!

Наверно, он! И сердце в пятке.