Пятнадцатое воплощение. Исторический роман

Балишан терпеливо придерживал складки занавеса, сдерживал дыхание, волнуясь волнением своей госпожи, готовый к любому ее решению. Волосы Таллат распущены по спине, и Балишан кончиками пальцев левой руки бережно поправил длинные пряди, чтобы они лежали еще красивее.

Таллат чуть дрогнула от этого его прикосновения и выскользнула за занавес, почти не шевельнув его складки. Балишан, довольный, остался стоять в засаде.

Мгновенным горячим взглядом Арешат окинул Таллат – она вышла к нему в белом длинном одеянии, слегка подхваченным на талии свободно свисающим на бедра поясом из небольших квадратных пластинок из золота.

Черным покрывалом струились ее волосы, лоб венчала тонко кованная диадема со множеством радужно поблескивающих камней.

Воин поклонился. Смиряя себя, преклонил колено. Стискивая зубы, он словно заслышал внутри себя острое, резкое, срывающееся на крик пение. Обжигающая радость разлилась по всему его телу.

Таллат слегка нагнулась, тонкие белые пальцы положила на его гладкие щеки, приподняла его лицо к своему.

Она заново ощущала молодую смелую силу Арешата и радостно изумлялась ей. Ее светлое лицо посветлело еще больше и словно отразилось на его смуглом загорелом лице.

Они опустились на ковер, глаза их не отрывались друг от друга, ее ладони по-прежнему лежали на его щеках. Сильный светлый блеск засверкал в его глазах, а ее сияющие глаза словно потемнели от счастья.

Почти каждый день Арешат стал приходить в ее дом. Розово-алые узоры чертила их страсть по черному фону ночи и лучистой голубизне дня.

Вкраплениями яркой зелени и золота горела в них сила жизни.

Балишану и его двум верным помощникам приходилось зорко следить, чтобы кто-нибудь из ненадежных слуг не узнал о встречах Таллат и не разнес по соседям ненужные слухи. В этом году на осень была намечена ее свадьба. Жених – Орксин, сын Гистана. Он еще не вернулся из заморского посольства. Весной Сизигамбис сама наметила ахеменидского царевича в мужья своей любимице Таллат, и вавилонские жрецы, всегда ненавидевшие персов, нехотя сделали вид, что согласны на предложенный Матерью Царя столь почетный брак.

Цветенье лета завершилось, началась осень. Настало время выступления войска в сирийскую сатрапию. Всю свою семью Великий Царь брал с собой в поход, не желая разлучаться с близкими и дорогими ему людьми.

За несколько дней перед выступлением в поход, в Летнем Дворце царевны и знатные персиянки устроили гадание на воде, налитой в хрустальную чашу.