Этюды о конце света. Как умирала империя и рождалась Европа

И зов ее мчался, как звоны серебряной лютни:

«Спешите, герои, несущие луки и пращи!

Нигде, никогда не найти вам жены бесприютней,

Чьи жалкие стоны вам будут желанней и слаще!

Спешите, герои, окованы медью и сталью,

Пусть в бедное тело вопьются свирепые гвозди,

И бешенством ваши нальются сердца и печалью

И будут красней виноградных пурпуровых гроздий.

Давно я ждала вас, могучие, грубые люди,

Мечтала, любуясь на зарево ваших становищ.

Идите ж, терзайте для муки расцветшие груди,

Герольд протрубит – не щадите заветных сокровищ.

Серебряный рог, изукрашенный костью слоновьей,

На бронзовом блюде рабы протянули герольду,

Но варвары севера хмурили гордые брови,

Они вспоминали скитанья по снегу и по льду.

Они вспоминали холодное небо и дюны,

В зеленых трущобах веселые щебеты птичьи,

И царственно-синие женские взоры… и струны,

Которыми скальды гремели о женском величьи.

Кипела, сверкала народом широкая площадь,

И южное небо раскрыло свой огненный веер,

Но хмурый начальник сдержал опененную лошадь,

С надменной усмешкой войска повернул он на север.

Николай Гумилев. Варвары

Битва при Араузионе – первое большое столкновение Рима и германцев

6 октября 105 года до н. э. армия Римской республики потерпела одно из самых сокрушительных и унизительных поражений в своей истории.

Точнее, даже не так. Две римские армии были фактически полностью уничтожены, их знаки отличия захвачены и поруганы, пленники убиты. И сделала это не армия великой державы, например, Парфии, а «презренные варвары» – союзное войско кимвров, тевтонов, херусков, маркоманов, амбронов, тигурнов и, возможно, гельветов.

До этого поражения римляне практически ничего не знали о «северных дикарях», да и не хотели знать, так как не принимали их всерьез. Конечно, эти длинноволосые бородатые великаны (средний рост германцев был значительно больше среднего роста римлян), одетые в одни лишь шкуры, примитивно вооруженные, внушали некоторое беспокойство своим внезапным появлением из лесов будущей Германии и многочисленностью.

Но то, что они могут представлять серьезную угрозу, заносчивым победителям Карфагена и Эллады сначала даже в голову не приходило.

Хотя внезапности никакой не было. Во II веке до н. э.