Запах весенних ветров

Змеи переплетались прямо на моих ногах в единое целое! А в это время оставшаяся в куче хвороста половина тела продолжала и продолжала выползать, напоминая нескончаемый пожарный, раздутый водою, шланг!

Через несколько минут обе змеи лежали на моих сапожках, прижав ступни к земле своим весом! Их размер намного превышал величину моих ножек. Угрожающе шипя, гады плавно раскачивали, поворачивая из стороны в сторону, высоко поднятые головы, наблюдая за человеком. Глаза – тёмные! Пристально, не мигая, смотрели в мои, контролирую каждое моё движение лица, рук, тела.

Я – не дышала. Судя по их поведению, «безмозглые» рептилии обладали прекрасным зрением и отчётливо представляли, где и что находится на теле человека. Гипнотизируя, гадюки смотрели точно в глаза! Складывалось ощущение, будто они пытаются читать мои мысли. В любом случае, змеи отслеживали поведение потенциального врага, готовясь и к защите, и к нападению. Они… – оценивали расстановку сил!

Сомнений не оставалось: добровольно змеи меня не покинут.

Более того, – вслед за первыми появятся другие… – я стояла на змеином клубке из десятков, а может и из сотен гадюк! Отец как-то рассказывал, что ядовитые змеи сползаются осенью на зимовку со всей округи в ямы карстовые и, до весны остаются под хворостом, опавшими листьями в сухих углублениях, скрутившись в гигантские живые клубки. В шестидесятые годы он встречал подобный по весне, в районе нынешней горнолыжной базы, – именно тут! – Похоже, что гады из года в год пережидают зиму в одних и тех же карстовых просадках, собираясь в них, аналогично перелётным птицам, летящим в одни и те же места для зимовки. Встав на хворост, я невольно растревожила змеиное гнездо, прижав их весом своего тела. Те уже проснулись и готовились расползаться, множится. И мой папа знал о том, поэтому и перепугался, предвидя. Чтоб змей не поубивали, никому годами не рассказывал.

Змей, за своё детство и юность повидать мне пришлось немало и правила безопасности при встрече были известны.

Только данная ситуация развивалась в противоречии с «писаными» толмутами, каким способом выпутаться из неё я не знала. На ум шло и то, что весной после спячки гадюки особо опасны. Их яд приобретает специфичные свойства. И единственный укус грозит смертью. На мне же, лежало сразу две невероятно огромные змеи. Их головы раскачивались в паре сантиметров от незащищённых резиной сапог икр, на уровне колен. В каждую секунду гадюки могли впрыснуть яд.