Богини далеких странствий

А потому, за неимением капитала, ему пришлось служить по найму, с десятилетнего возраста: сперва так называемым «мальчиком», потом приказчиком… медленно карабкаясь наверх.

Но через несколько лет он приехал в родной город, чтоб выступить перед местными толстосумами, уже на равных. Тогда он если и сделал им масштабное коммерческое предложение, то независимо, с оттенком самодостаточности и гордости, – словом, отыгрался. О чем и свидетельствуют документы. В 1781 году в магистрате Рыльска Шелихов докладывал собравшимся купцам: «Имею я торг в Сибири, в Иркутской губернии и составляю компанию в Северо-восточном Тихом океане для поисков неизвестных островов и земель и сыскания необитаемых диких народов, которых собственными трудами и капиталом из усердия к отечеству стараюсь сыскать и подводить под высокосамодержавную российского императорского престоловластия, а затем и для собственной пользы через посредство промысла на тех островах и землях дорогих зверей».

Это речь не соискателя чьей-то милости, а гордого и уверенного в своих возможностях человека.

Через два года он действительно смог отправиться в свою удивительную по отваге, успешную экспедицию в Америку 1783–1786 годов.

Однако моменту этого малого триумфа предшествовал период неизбежных трудностей, когда ему пришлось самому себя выводить в люди.

Он покинул Рыльск еще в юности и оказался за Уралом. В основном служил приказчиком у разных сибирских купцов. То выступал доверенным в торговых делах с чукчами на Чукотке или с ительменами на Камчатке, а бывало что и с китайцами либо с дикими племенами конных мунгалов и тунгусов – по Орхону, Онону, Амуру… Находчивый и обходительный, он завоевал доверие и туземных охотников и богатеев-хозяев.

В конце концов Шелихову удалось записаться в иркутские купцы. Но это был только статус да возможность именоваться по отчеству, – не более. В мире, где все, казалось бы, уже поделено, Григорию оставалось только надеяться отыскать свою удачу где-то за кромкой далекого горизонта.

Быть может, в неведомой чудной земле, о которой ходили небылицы, а уж тогда не упустить случая выйти на широкую дорогу жизни.

Вскоре такой случай ему подвернулся.

Ах, Наташа!

Вот только не надо думать, что он женился на юной красавице Наташе, которой к тому времени было лет 13 или 14, по расчету. Достаточно взглянуть на ее портрет, чтобы сомнения отпали сами собой.

В.