Снежные истории

Шепотом он сказал: «Заходишь и выливаешь свое в общее, банку свою кидаешь в мусорку, иди, там все понятно». Остальные тихо сидели или стояли переглядываясь. Я, озираясь по сторонам, тихонько зашла в предбанник. А там! Стояла трехлитровая банка, частично наполненная тем самым анализом и на ней наклеена бумажка с надписью «Моча 3Б класса». Вот это номер!

Здесь пошел развал всех сложенных в моей голове пазлов из инструкций родителей, домашней репетиции подачи анализов, моей ответственности, перфекционизма отличницы и пионерской правдивости.

Началось внутреннее сопротивление внучки Ленина и преданного Полкана.

За несколько секунд, под зорким наблюдением моего хозяина Пашки, Полкан победил.

Я быстро распечатала, согласно родительской инструкции, баночку с анализом и вылила в общую банку содержимое. Еще быстрее я выкинула свою баночку в мусорку, поставила спичечный коробок на стол и еще быстрее вылетела из предбанника. Вслед я услышала одобрительное Пашкино: «давай быстрее, следующий!».

Когда мы прибежали партиями в школу и отдышались, успокоиться не могли, нас прям распирало, был восторг интриги, которую мы сделали.

Пашка занял олипм сценариста и режиссера, он был реально достоин уважения, преклонения как идолу! От сделанного и безнаказанного мы не могли сосредоточиться на уроках, такое приключение, такой трепет в сердечках, радость сделанного чего-то невообразимого!

В результате, со слов медсестер, классного руководителя и директора школы, общий анализ мочи 3Б класса составил половину трехлитровой банки, со слов мамы Ленки Угловой – ведро, странно конечно мы думали, ведро собрать мы не могли, нас то всего двадцать человек и мы понимали сколько каждый внес в этот общий литраж, но тетя Люба была настолько убедительна, когда рассказывала это моим родителям.

А по взгляду моего папы можно было понять, что там была цистерна, причем только моего анализа.

Дальше целую неделю нам пришлось не сладко: собрания в классе, выговоры по домам, пытки классного руководителя и родителей дома, допросы кто был зачинщиком и выдумщиком этой затеи.

Пытали нас и по одному, и группами, и всем классом. Не забывайте, что все мы были пионерами, воспитанными на страшных уроках истории о пионерах героях Великой Отечественной войны, никто не сдавался, я тем более, я ж и пионер и Полкан.

Далее следовала казнь в кабинете директора. Казнь всех производителей анализа, всего 3Б класса. Мы, как участники Молодой гвардии на казни, стояли рядом, опустив глаза в пол, молча.