Тонкая нить

Вайолет внимательно разглядывала мотки с шерстью, изо всех сил стараясь различить оттенки. Она на секунду закрыла глаза, вспоминая курсы рисования, на которые ходила несколько лет назад в Саутгемптоне вдвоем со своей подругой. Но та через год вышла замуж, с головой окунулась в семейную жизнь и пропала, – видимо, ей очень не хотелось, чтобы Вайолет напоминала ей о ее прежнем статусе «лишней женщины». Пока они чирикали карандашами по шероховатой бумаге, их учитель – добродушный мужчина, потерявший на войне руку, говорил им, что они должны, как солдаты, отключить ум и пошире открыть глаза.

«Обратите внимание, не ту руку, которой я рисую, – хвала Господу за Его маленькие благодеяния!» – любил повторять он.

Вайолет сразу подумала о Лоренсе: перестал ли он на полях сражений думать или только слушался приказов. Ей не сообщили, как он погиб, у нее не было никаких свидетельств о его гибели – ни от командира, ни от товарищей по оружию. А также никаких подробностей о его окопной жизни типа: «Когда он изображал кайзера, все за животики хватались» – или воспоминаний с употреблением ярких прилагательных или наречий, например: «Лейтенант Фернисс, как и все его товарищи, дрался храбро, и его взвод сыграл огромную роль, защищая отбитый у врага плацдарм».

Возможно, этот офицер в тот день написал слишком много подобных писем и исчерпал весь запас возвышенных фраз, эпитетов и гипербол. А может быть, просто никто не видел, что там произошло с Лоренсом Ферниссом: он был одним из сотен британских солдат, погибших 1 августа 1917 года в битве при Пашендейле. Скорее всего, он не сделал ничего из ряда вон выходящего, погибнуть в тот день было просто. Хотя никто ей ничего не рассказывал, но Вайолет слышала потом, что там была ужасная грязь, и Лоренс мог стать легкой мишенью, застряв в этой грязи.

Однажды вечером они пришли на занятия, и вместо привычного учителя рисования их встретила женщина. Ее стиль очень отличался от стиля коллеги: она установила обычные натюрморты из фруктов, бутылок и стаканов и заставила их рисовать быстро, потом переходить к другому мольберту и снова быстро рисовать, и снова переходить, пока они не вернутся к своему первому мольберту, и вот тут уже надо было потратить на рисование не меньше часа.

Вайолет не понимала, для чего это делается и что достигается таким методом, и решила, что преподавательница, наверное, хочет научить их видеть предметы с разных точек, ведь под разным углом зрения они выглядят по-другому.