Моя война

Заходи!

– Спасибо, обязательно!

Я оглянулся, но своего старшину не увидел. Зато попал «глаза в глаза» замполиту батальона. Он поманил меня рукой:

– Ну что, Фадеев, знакомишься с народом? Переоделся уже. Молодец!

Создавалось впечатление, что майор Силин говорил нехотя и вяло, словно делал одолжение.

– Так точно! Потихоньку осваиваюсь.

– Какую роту в училище заканчивал?

– Шестнадцатую! Но начинал в первой!

– Ух, ты! А я заканчивал первую! В семьдесят пятом!

– Я только в семьдесят девятом поступил!

Силин оживился.

Улыбнулся:

– И куда только нашего брата не бросают! Уж как я не хотел в ОБМО идти… Но вот уже замену жду со дня на день.

Мне стало интересно:

– А почему не хотели, товарищ майор?

– В Союзе вся служба в пехоте шла. Привык. Знал всё. А здесь несколько другая специфика. Пришлось привыкать. Вникать. Вот и ты вникай поскорее!

– Расскажите, товарищ майор, специфика-то в чём? Я ж вообще из дисбата пришёл.

В первый раз слово «дисбат» не произвело никакого впечатления на моего собеседника.

– Ладно. Пошли в штаб, в мой кабинет. Пообщаемся.

Очередной модуль, как все. Только таблички на дверях с указанием хозяев служебных помещений. Силин пропустил меня вперёд:

– Проходи. Садись! Спрашиваешь, в чём особенность службы в ОБМО?

Я кивнул головой.

– Во-первых, в том, что люди всегда в дороге. Как бы это сказать? Россыпью, что ли. И заметь, каждый в своей машине! И каждый должен сам принять решение в экстремальном случае.

В пехоте проще: вот рота, вот строй, вот командир! Поэтому запомни: есть свободная минута где-нибудь на ночёвке в полевом парке – нечего бойцам груши околачивать! Дрессируй их!

– Как это?

– Проигрывай с ними боевые ситуации на дороге. К примеру, засада или подрыв. Пусть изображают из себя КамАЗы. Главное, чтобы знали, кто что должен делать. Понял?

– Так точно, понял!

Сказав замполиту «понял», почувствовал, что ничего не понял! Я и сам пока не знал, что надо делать при подрыве или, не дай бог, при засаде.

Но в который раз переспрашивать было уже выше моих сил. Мне стало казаться, что этот день вопросов-ответов никогда не закончится. Ещё утром был в Кабуле. А вот прошло всего несколько часов, и я получаю инструктаж в шиндандском ОБМО. Кстати, вместо гератской пехоты. Новой, разной по сути и значению информации было столько, что она отказывалась умещаться в голове. Я себя утешал только одним: потом всё уточню у старшины.