Координаты неизвестны

Ни положению, ни профессии, ни обязанностям, ни высокому званию, которого он добился усердием, проявляя его в каждом поручаемом ему деле. В этом ряду, бесспорно, имела значение и внешность – малорослый, узкоплечий, худощавый, в общем, неказистый – ему и впрямь не позавидуешь.

Сам Баштаков по натуре не был завистлив, любил повторять, что зависть – это пропасть, заполненная кровью. Уж он-то знал, где кроются причины обрушивающихся на человека бед.

Польститься на занимаемое им положение могли лишь люди определенного сорта – склонные к садизму, к власти над людьми как источнику наслаждения, мстительные, ограниченные.

Однако подобные типы не могли составить конкуренцию Баштакову. Он устраивал высшее начальство по многим причинам – знал свои обязанности и умело исполнял их, был всегда уравновешен, вежлив, корректен, отличался четкостью и скрупулезностью. И даже то, что время от времени он опротестовывал отдельные дела, воспринималось как положительный фактор. Тем более что его позиция, как правило, одерживала верх.

Кроме того, начспецотдела был трезвенник. Это качество особенно ценилось. (Однако порой, когда нервы не выдерживали и он готов был лезть на стенку, под утро выходного дня позволял себе опрокинуть почти стакан «белой головки». Из любимого граненого графинчика.)

Понятно, что Баштаков имел дело с весьма специфической сферой бытия, о которой не только к ночи, но и светлым днем нормальные люди старались не думать.

Здесь были свои особые правила. Например, одежда, личные вещи казненного подлежали сожжению.

Во избежание наживы. Зловещий произвол соседствовал с заботой о нравственных нормах. А по сути, конечно, с заботой о том, чтобы информация о совершенных в подвалах акциях не пробивалась наверх, к людям.

Но все равно до начспецотдела порой доходила информация о нарушениях на «вещевой» почве. Так, однажды кто-то из родных погибшего узнал на ком-то свитер, принадлежавший «врагу народа». След привел к исполнителю акта, то бишь палачу, продавшему «трофей».

Баштаков принял самые суровые меры к нарушителю общепринятого порядка. Провинившегося тоже казнили.

Дотошность Баштакова в исполнении инструкций изжила эту раздражавшую начальство практику. И была зачислена в актив начальника спецотдела.

Баштаков редко появлялся на улице в форме. Если такое все же случалось, то он не без удовлетворения наблюдал, как прохожие, увидев ромб в петлице на гимнастерке, изумлялись и, обернувшись, некоторое время смотрели ему вслед.