Очарованный берег

ветер стих совсем, и по глади бухты тёмно-масленистой – для, может, наблюдателей с посёлка немногих, – странная посудина рывками, на ночь глядя двигалась, – не к посёлку, но от него, – к рыбокомбинату заброшенному… В полной уже почти тьме пристал я к низенькой пристани почти у оконечности мыса; обследовал с фонариком довольно высокое и просторное строение крайнее, с еще сохранившимся полом, над сыростью галечно-щебнистого грунта приподнятым от прилива, – облюбовав от воздушных потоков, свободно гулявшем в помещении просторном – большие двери-ворота с двух сторон были сорваны, – подыскал от сквозняков, наиболее защищенный угол; – перетащил туда свой скарб, – и, прислушиваясь в состоянии странном приподнятости- полуподавленности к близких волн плеску слабому, и, в просторном открытом здании звукам странным, – над причудливостями своей жизни некоторое время размышлял …Такого ли ждали от меня смладу знакомые и родняя после столь впечатляюшего старта! …Но и приподнятость некоторую ощущал от столь экзотики-романтики; но наконец обилие дневных впечатлений и усталость, и 34 года всего-го, – вскоре своё взяли, однако – в глубокий сон до самого утра провалился я…

…Утром уже другое было настроение: ощущение свежести после крепкого, молодого еще сна, – усиливалось радостной приветностью тихого умеренно-прохладного летнего утра; преувеличенными казались вчерашние эмоции тягостные: в конце-концов еще достаточно молод я, полностью здоров – и, в общем-то свободен, главное: мною никто не командует, – никем не командую я: делай, что хочешь – и когда захочешь… не это ль с детства мой идеал!?.