Запредельность

Грир шагал вместе с учеником, пока не достигли носа корабля и Фоллен не сошла на землю.

– Ну как, Форман Грир? Что делать дальше? Можно, я помогу строить корабль. Смотреть и слушать мне слишком мало. Хочу быть как ты.

Красивая улыбка, полная надежды. Голубые глаза открыто взирали на мир под солнцем. Фоллен посмотрела в лицо Гриру и протянула ладонь. Он заметил, как дрогнули девичьи губы, пока ждал, что руки сомкнутся. Время остановилось. Сцена прочно отпечаталась в памяти. В этот миг двадцать девять лет жизни показались бессмысленными.

Грир взял руку Фоллен, но не пожал по-мужски, а стиснул, словно нуждался в ней. Корабельный мастер совсем потерял голову. Тут Фоллен заговорила.

– Думаешь, я ничего не знаю? Ошибаешься. Назови мне узел, я завяжу.

Он вышел из оцепенения, как только понял, что случилось. Вопрос донесся будто издалека, но Грир быстро сообразил и попросил завязать беседочный узел – всем узлам узел. Девчонка охотно сорвала веревку с шеи, без проволочек скрутила древний морской узел и протянула Гриру.

– Это слишком просто. Один из четырех главных морских узлов. Остальные три я тоже знаю. «Восьмерка», рифовый и выбленочный! Могу завязать с закрытыми глазами.

Грир улыбнулся и вернул веревку. Тут подоспела Беатриса. Утро прошло незаметно. До захода солнца надо было успеть много важного и неотложного. Фоллен ходила за Гриром от одной кораблестроительной платформы к другой, слушала, смотрела, но вопросы приберегала на потом. Бедняжка Беатриса, женщина тучная, непривыкшая к длинным прогулкам, постоянно искала, где присесть, раскрывала огромный зонт и наблюдала со стороны.

Одновременно строили три корабля, все три на разных стадиях работ. Парусник «Запредельность» был самым крупным и самым дорогим. Грир руководил на трех стапелях, переправлял рабочих туда, где в них больше нуждались, а Главный кораблестроитель проверял и оценивал прогресс на самых ответственных этапах работ. Обедали сегодня на бегу. Фоллен не жаловалась, но усталость быстро взяла свое. К четырем часам пополудни глаза слипались, и под ними нарисовались темные круги.

Грир настаивал, чтобы она села рядом с Беатрисой и смотрела, укрывшись шерстяным пледом, но Фоллен ни в какую не сдавалась. Тогда корабельный мастер сделал вид, что пора заканчивать и отправил недоверчиво глядящего ученика домой ужинать с отцом.

– Бывай, малец. Главный кораблестроитель ждет меня с отчетом. Передай отцу, что в первый рабочий день ты показала себя напористой, как северный ветер.