На том берегу

Серёжа с грустью оглядел трёхэтажное здание бывшей гимназии с выщербленным кое-где красным кирпичом, и вздохнул: немного жаль, что больше не нужно будет ходить в школу. Почему-то опять вспомнилась смуглая чернобровая Оля Чепахевич… Как всё-таки странно, что её отец – враг. Серёжа видел его несколько раз, и он совсем не был похож на врага, их лица он отлично представлял себе по кинофильмам. Но разве Уборевич, Блюхер, Егоров, Тухачевский, Якир, – все они были похожи на врагов? Он ничего не мог понять. И Конкордия Александровна не говорила с ним об этом, лишь вскользь как-то раз заметив, что партия во всём разберётся.

И мама… У неё даже сердце заболело, когда он попытался начать этот разговор.

Вспомнилось Серёже, как совсем недавно его проработали в комсомольской ячейке за то, что он только предложил сделать литературный доклад о Достоевском, которого не изучали в школе.

– Это же самый реакционный писатель! – возмутился секретарь ячейки Женя Каблуков. – Неужели ты читал этого мракобеса?!

Серёжа промямлил, что нет, не читал, только, мол, собирался, но если ячейка против…

– Даже не думай, забудь эту фамилию! – строго предупредил его Женя.

Забыл. Что оставалось-то?

Нет, всё-таки хорошо, что он окончил школу! Впереди столько всего нового, интересного, неизведанного. Впереди – счастливая жизнь! И начнётся она уже завтра. А пока нужно пойти и вздремнуть, до двенадцати оставалось совсем мало времени.

…Мама ещё спала. Серёжа тихонько разделся, лёг и заснул с единственной мыслью: не проспать.

И – проспал, конечно! Вскочил на ноги, когда часы показывали уже без четверти двенадцать. К школе прибежал в начале первого, когда из репродуктора, что висел перед зданием, доносилось:

–– Граждане и гражданки Советского Союза! Сегодня в четыре часа утра без объявления войны Германские регулярные части атаковали наши границы и подвергли бомбёжкам наши города…

У Сёрёжи озноб пробежал по спине.

– …Вся ответственность за это разбойничье нападение на Советский Союз целиком и полностью падает на германских фашистских правителей…

Как же так, ведь этого не должно было случиться! Почему они напали? – мысли у Серёжи смешались.

– …Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами! – такими словами заканчивалось заявление правительства.

– Значит, мы сегодня не пойдём кататься на лодках? – в наступившей затем тишине послышался удивленно-испуганный голос Тани Вяткиной. Ей никто не ответил, все подавленно молчали.