Захват

 – «Яко бы, слегка оживились! Продолжим, – промелькнуло у Федьки, – смехопредставлению – быть… Ладненько! И сам отвлечешься от мыслей, что сидят в голове, и людям поразвлечься во нрав. Поехала-пошла развлекаловка!.. Ну да: по-людски. Вот именно: не думать – легко; не каждому, положим. Вперед! Каждому (затейщик не прав… прав по-своему) дадим отдохнуть».

– Сжалься, – проронил вездеход, – смилуйся, не то пожалеешь. Останется в деревне – пропал, напраслинно – за так, ни за шлант. Ручаюсь головою за парня… Имуществом! Да да, не шучу.

Исправится, отвыкнет, по-моему, – изрек под смешки бросивших поклажу сельчан; – как-нибудь пройдет, на воде.

– Думаешь? Берем, коли так. Еже поручился – не против. Там, пеняй на себя, – выговорил главный затейщик смехопредставления, Тихон в сторону предстателя[20 - Предстатель, по-старинке: заступник, ходатай по делам; адвокат.], Федьки. – Чаятельно, всем угодил? но, – проговорилось в толпу. – Даже Козодавлев молчит. Водится-таки справедливость!.. Нету? Не для всех, Ворошил? Чем ты недоволен? Как все? Думаешь обманет? Не ври.

Незачем напрасно хулити окружающий мир; сам ты, Ворошило брехун. Что ты понимаешь, тупец? Только-то всего разумения: капусту в ночи Прохорову дергать, тайком, – сжалился над малым корел.

– Верно, Тихонок; а чего. К лучшему, вообще говоря. Ничто не пропадает бесследно. В крайности, посадим отстреливаться, буде обманет, сзади, на последнюю лодку. Дабы от погони спасал; именно, – изрек, подмигнув сборищу, толпе коробейник, вмиг сообразив что к чему.

– Ай да голова! – поддержал сказанное русичем вождь.

– Да уж… Козодав, помолчи! Пользуюсь, по праву на лучшее свободою слова. Ну так вот доскажу. Сядет, на корме – и давай… По-своему; ага, мужики. Станется, так будем считать, людие заправский борец за подлинное счастье для всех. Ну. И для тебя, Ворошил… Защитник человеческих прав на лучшее, чем было житье! Выгодно с любой стороны, – молвя, усмехнулся гуляй.

Вестник, в одночасье зардевшись, благодарный смолчал, внутренне довольный глаголами заступника.

– Ххи… ну и говорун, краснобай!.. истинно. Хи-хи, – просипел Тихон, покидая гурьбу, в приставленный к губам кулачок;

Стан – люди, круговая среда беженцев – ударился в хохот.

– Неч-чего. А ну разойдись. Тиш-ше вы! – прикрикнул водырь. – Экий балаган развели… Бесплатных развлечениев хотца, – но его земляков точно изнутри подпирало.

Федька удалился, один.

«Во как получилось!..